Читаем Танатонавты полностью

Этим первым религиозно-юридическим законодательством завершился период анархии. С этого момента поездки в рай становились регламентированы. Никто не мог отныне в них вмешиваться под предлогом, что над раем не существует никакого контроля.

Договор «Соломенных Горок» возвестил о новом климате, климате межрелигиозной Антанты.

Генерал Сику организовал акколаду [27]раввина Фредди Мейера в ходе чайной церемонии. Он не обиделся, что эльзасец предпочитал чай с лимоном.

Сейчас, когда наш танатодром стал местом рандеву клириков всего мира, мы отвели для них конференц-зал в подвале. В противоположность пентхаусу с его сияющей солнечным светом стеклокрышей, подвальный зал был сумрачен, полон реликвий, икон и всевозможных талисманов. Монахи, имамы и колдуны, бывавшие в Париже проездом, любили забегать сюда помедитировать или поучаствовать в богословских диспутах. То, чего не смог добиться ни один из земных конфликтов, было достигнуто единственной битвой за рай. Все религии предприняли шаги сотрудничества, чтобы идти вперед еще быстрее и еще дальше. До самого дна континента мертвых!

178. Христианская мифология

«Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба».

Второе Соборное послание апостола Павла коринфянам, XII, 2

Отрывок из работы Френсиса Разорбака, «Эта неизвестная смерть»

179. Учебник истории

ДАТЫ ДЛЯ ЗАПОМИНАНИЯ

14 мая 2065 г.: Битва за рай

18 июня 2065 г.: Договор «Соломенных Горок»

20 июня 2065 г.: Первые танатонавтические эдикты

Учебник истории, вводный курс для 2-го класса

180. Мох 4

Фредди, слегка принявший лишку по случаю празднования договора «Соломенных Горок», стал словоохотлив и рассказал нам историю своей жизни.

Ученик балетной школы, он должен был стать ну уж если не звездой, то, по крайней мере, знаменитым хореографом. Кроме того, он увлекался различными видами воздушного спорта. Бочки, иммельманы, штопоры, чувство полета – все это ему очень нравилось. Но однажды, когда он парил на дельтаплане, стойка перекладины треснула и, не в состоянии уже поддерживать свои аэродинамические качества, дельтаплан превратился в плохо работающий парашют. Падая, Фредди видел обширную равнину, где росло одно дерево. Одно-единственное дерево. Кувыркание длилось не дольше нескольких секунд, но их вполне хватило, чтобы помолиться и взять обет, что, если ему каким-то чудом удастся выжить, он всего себя посвятит религии. Например, иудейской. Почему бы и нет?

Он попал прямо в это дерево и спасся, но при этом ветки проткнули ему оба глаза. Он выжил, но ослеп. Тем не менее свой обет он сдержал. Фредди не был евреем, но все равно пошел учиться в иудейскую йешиву Страсбурга, где ему повезло с наставником. Это был Ламед-вав. «Однажды, – сказал себе Фредди, – я тоже стану Ламе-дом-вав».

А кто такой Ламед-вав?

Это человек, который реинкарнирует исключительно из чувства сострадания к живущим на земле, хотя он уже все выполнил, чтобы высвободиться из Гилгулима, инфернального цикла возвращений к жизни.

Ламеды-вав – это тайные маги иудейской религии. Их доброта и милосердие способствуют улучшению мира. Они в курсе того, что было в их прошлых жизнях, они знают, как бороться с невежеством, они расстались со своими личными амбициями.

Стефания дала тут понять, что аналогичные персонажи существуют и в тибетском буддизме. Их зовут бодхисатва, и они умышленно возвращаются в земное существование, несмотря на высвобождение из реинкарнационного цикла. Нет акта сострадания выше, чем добровольно вернуться на землю, из чистой любви к остальным людям, прикованным к кармическому колесу.

– Должно быть, во всех религиях есть такие маги, которые избрали для себя очередное рождение, несмотря на горький опыт, переживаемый в таких перевоплощениях, – сказал Фредди. – У нас, в хассидической традиции, они называются Ламеды-вав, что соответствует номеру 36. В каждом поколении горстка таких людей тайно жертвует собой для спасения всего человечества. Они презирают гордыню и не желают себе известности. Их слава заключается в психических силах и знании жизни и смерти. Я иногда думаю, что даже Иисус Христос тоже, наверное, был Ламедом-вав.

Такие вечера возлияний, поощряемые Амандиной, следившей, чтобы стакан великого танатонавта не пустовал, никак не сказывались на работе Фредди. Он продолжал изобретать новую небесную хореографию. Он придумал, что можно создать своего рода эктоплазменную Эйфелеву башню, составленную из множества душ, поддерживающих себя спиралевидными ярусами. Все пуповины будут связаны, скрещены и проложены внутри этого сооружения, чтобы все защищали всех.