Читаем Тамерлан полностью

Но вот их мольбы были услышаны…, и всевышней милостью началась холера среди лошадей войска Джете. Пало много лошадей, не осталось даже одной лошади на четверых. По этой причине все (войско Элиас-Хаджи. – А. М.) в расстройстве и ослабленные вынуждены были уходить. Многие уходили, положив седла на себя и взяв подпруги подмышки. Такая легкая победа досталась горожанам над армией, которую не одолели бы и цари…

В то время, когда войско Джете уходило обратно, государь Сахибкиран послал Аббас Бахадура в сторону крепости Кахлага, чтобы он осведомился об обстоятельствах Джете в Самарканде. Придя в Кахлагу, Аббас обследовал и собрал сведения и, возвратившись к государю Сахибкирану, доложил обо всем, что видел и слышал.

Государь Сахибкиран обрадовался сведениям об уходе войск Джете и послал человека к Хусайн-беку с этими вестями…

С наступлением весны того года (1366) Хусайн-бек вместе с государем Сахибкираном отправились в сторону Самарканда, с достоинством и честью остановились вблизи города. Сначала приказали поймать тех людей, которые творили злодеяния[79]. Государь Сахибкиран заступился за Мавлана-заде (один из главарей сербедаров в Самарканде. – А. М.) перед Хусайн-беком, остальных казнили в Канигиле».[80]

В этой связи А. Якубовский уточняет: «Оба эмира дали знать сербедарам, что одобряют их поведение и хотят их видеть. Сербедары поверили «добрым» намерениям эмиров, и действительно, на приеме им было оказано много знаков внимания. Однако, когда на следующий день они вновь появились в ставке Хусайна и Тимура, их вероломно схватили, связали и казнили, всех, за исключением Мавлана-задэ которого своим заступничеством перед Хусайном спас Тимур. Что руководило Тимуром в его отношении к Мавлана-задэ? По-видимому, между Хусайном и Тимуром существовало разногласие по вопросу о сербедарах. Есть основание думать, что Тимур имел с некоторыми из них старые связи, особенно с сербедарами из среды знати. Покончив с сербедарами, Хусайн и Тимур подчинили себе Самарканд. Произошло это в конце весны 1366 года».[81]

Тогда же произошли события, которые ускорили развязку в непростых взаимоотношениях Тимура и Хусайна. Шереф ад-дин Али Йазди так описал первое из этих событий: «Судьбой было определено то, что пока Хусайн-бек не будет устранен, не взойдет солнце дня счастья государя Сахибкирана. В то время признаки несчастья Хусайн-бека с каждым днем усиливались: он творил такие дела, не приличествующие государственному мужу.

Одно из этих деяний то, что, будучи скрягой, он стал проявлять тягу к стяжательству и накопительству богатств, что не было достойно султанов. Его алчность возросла настолько, что он начал обращать взоры на людей из круга приближенных государя Сахибкирана. На Джаку-бека, Сайф ад-дин-бека, Ак Бугу, Элчи Бахадура и Давлат-шаха Бахши он наложил дань и назначил сборщика, чтобы тот собрал названные вещи.