Читаем Такой милый старикашка (СИ) полностью

Такой милый старикашка (СИ)

И тут девочка увидела перед собой дворника, стоявшего у края клумбы и наблюдавшего за ней. Это был весёлый, разговорчивый старикашка лет семидесяти, с длинной, седой бородой, и на нём непременно всегда был одет ярко-оранжевый, замызганный жилет.

Наталья Наумовна Амбра

Рассказ18+



  Ничто, наверное, так не радуют весной, когда все деревья ещё стоят голые и их почки, набухшие и смолистые, только-только готовятся раскрыть свои чашечки, когда газоны ещё лысые и молодая травка едва начинает пролезать сквозь толстую, утоптанную за зиму корку земли, ничто так не радуют, как клумбы с самыми яркими весенними цветами - с нарциссами с их золотистыми, маслянистыми коронками, и огненными тюльпанами, похожими на китайские фонарики. И не поэтому ли по весне любой придомовой клочок земли городские жители стремятся превратить в яркую клумбу. Так кажется, что лето придёт совсем скоро, и ждать его легче, и уж в этом году к нам точно не вернуться майские заморозки.



  Галина Фёдоровна жила на первом этаже дома номер сорок три по улице Тульской, и давным-давно уже было заведено, что клумбой возле подъезда их дома заведует она. И потому каждую весну, когда сходил снег и оттаивала земля, она занималась её благоустройством: убирала засохшие растения, рыхлила землю. А потом, когда из-под земли проклёвывались первые ростки нарциссов и тюльпанов, она тщательно пропалывала их от сорняков.



  Но не в эту весну. Ещё в конце марта Галина Фёдоровна подхватила тяжёлый бронхит, и кашель не оставлял её до сих пор. Поэтому даже в магазин за продуктами она посылала свою внучку Яну. А о том, чтобы выйти прополоть клумбу - про то даже не было и речи. Но душа-то, душа-то всё равно болела за цветочки: забьёт же их проклятая трава. Оставалась одна надежда - на внучку Яну. Всё равно она в этот воскресный день болтается по дому без дела. Янина подружка - одноклассница Леся уехала вместе родителями на рынок за весенними обновками, и поэтому сегодня внучке не с кем было выйти гулять во двор.



  - Яна, поди сюда, - подозвала к себе Галина Фёдоровна внучку. - Надо бы клумбы прополоть, что у подъезда, а то зарастут же все.



  Девочка недовольно поморщилась - ну что может быть скучнее, чем полоть грядки. Разве она их разводила, очень они ей нужны!



  - Яночка, я сама бы прополола, да видишь же, кашляю ещё. Будь добра, внучечка, а то зарастут ведь.



  Девочка очень любила свою бабушку и поэтому отказать ей не посмела. Да и всё равно заняться ей нечем: по телику как назло ничего интересного не было, гулять же одной без Леськи Яне было скучно.



  - Ладно, бабуля, - с неохотцей соглашается девочка.



  - Вот и молодец, внучечка. Перчатки и тяпку в кладовке возьми. Да и тазик ещё прихвати с собой, тот старый, что на балконе лежит, в буфете.



  Яна надевает старые кеды, ветровку, берёт с собой тазик, тяпку, резиновые перчатки и выходит из дома.



  Нетронутая клумба действительно уже успела прилично зарасти сорняками, и ростки нарциссов и тюльпанов были едва видны под ними. Сев на корточки, Яна принимается терпеливо рыхлить тяпкой землю и вырывать сорняки.



  Спустя полчаса кропотливой работы девочка стала чувствовать, что у неё начали затекать ноги, а руки болеть от однообразных движений, хотя клумба была прополота только на две трети. Да и яркое весеннее солнце как назло светит ей прямо в глаза. Яна, давно уже жалевшая о том, что согласилась выполнить просьбу бабушки, поднялась на ноги, чтобы передохнуть. И тут девочка увидела перед собой дворника, стоявшего у края клумбы и наблюдавшего за ней. Это был весёлый, разговорчивый старикашка лет семидесяти, с длинной, седой бородой, и на нём непременно всегда был одет ярко-оранжевый, замызганный жилет. Как звали дворника, Яна не знала, однако все называли его Митрофанычем.



  Каждое утро Яна и её подружка Леся встречали его по дороге в школу. И каждый раз дворник, поздоровавшись с девочками, приговаривал одно и то же: "Молодцы, девчушки, молодцы, идёте в школу учиться".



  Вот и на это раз, Митрофаныч, увидев Яну, копавшуюся посреди клумбы с тяпкой в руках, остановился. И, умильно глядя на девочку, принялся с ней болтать:



  - Ох, молодец какая! Вот так помощница растёт у мамки! Давай, помогай, помогай! А цветочки тоже сама сажала?



  - Нет, бабушка, - честно ответила Яна.



  - Люблю я маленьких помощниц, которые своим бабушкам помогают. У меня тоже есть внучок. Ох, и какой молодец! Тоже такой помощник! Вчера гостил у нас с бабкой. Так моя бабка на радостях ему аж три эскимо купила. Да внук только два съел, а одно осталось, так и лежит теперь оно в морозилке. А когда в следующий раз внучок приедет порадовать нас, мы и не знаем. - И, внимательно оглядев девочку, он сказал: - Да я смотрю, умаялась ты совсем, а я всё болтаю с тобой да болтаю. Пошли, что ли, угощу тебя эскимо, труженицу такую, а то мы с моей бабкой мороженое-то не едим - это для детей лакомство.



  Эскимо! Яна очень любила мороженое, поэтому как она могла от него отказаться. И, побросав тяпку и перчатки, девочка отправилась следом за Митрофанычем.



  Дворник жил через один подъезд от яниного, на восьмом этаже, куда девочка и старик и поднялись на лифте. В квартире Митрофаныча их встретил огромный сибирский кот. Потёршись у ног хозяина, он с важным видом сел ровно посреди коридора.



  - Это у него наблюдательный пункт здесь, дозор ведёт сразу и за комнатой, и за кухней, - пояснил Митрофаныч.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Можно
Можно

Каждый мужчина знает – женщину можно добиться, рассмешив ее. Поэтому у мужчин развито чувство юмора. У женщин это чувство в виде бонуса, и только у тех, кто зачем-то хочет понять, что мужчина имеет в виду, когда говорит серьезно. Я хочу. Не все понимаю, но слушаю. У меня есть уши. И телевизор. Там говорят, что бывают женщины – носить корону, а бывают – носить шпалы. Я ношу шпалы. Шпалы, пропитанные смолой мужских историй. От некоторых историй корона падает на уши. Я приклеиваю ее клеем памяти и фиксирую резинкой под подбородком. У меня отличная память. Не говоря уже о резинке. Я помню всё, что мне сообщали мужчины до, после и вместо оргазмов, своих и моих, а также по телефону и по интернету.Для чего я это помню – не знаю. Возможно для того, чтобы, ослабив резинку, пересказать на русском языке, который наше богатство, потому что превращает «хочу» в «можно». Он мешает слова и сезоны, придавая календарям человеческие лица.Град признаний и сугробы отчуждений, туманы непониманий и сумерки обид, отопительный сезон всепрощения и рассветы надежд сменяются как нельзя быстро. Как быстро нельзя…А я хочу, чтобы МОЖНО!Можно не значит – да. Можно значит – да, но…Вот почему можно!

Татьяна 100 Рожева

Проза / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Рассказ
Свекруха
Свекруха

Сын всегда – отрезанный ломоть. Дочку растишь для себя, а сына – для двух чужих женщин. Для жены и её мамочки. Обидно и больно. «Я всегда свысока взирала на чужие свекровье-невесткины свары: фу, как мелочно, неумно, некрасиво! Зрелая, пожившая, опытная женщина не может найти общий язык с зелёной девчонкой. Связался чёрт с младенцем! С жалостью косилась на уныло покорившихся, смиренных свекрух: дескать, раз сын выбрал, что уж теперь вмешиваться… С превосходством думала: у меня-то всё будет по-другому, легко, приятно и просто. Я всегда мечтала о дочери: вот она, готовая дочка. Мы с ней станем подружками. Будем секретничать, бегать по магазинам, обсуждать покупки, стряпать пироги по праздникам. Вместе станем любить сына…»

Надежда Георгиевна Нелидова , Надежда Нелидова , Екатерина Карабекова

Драматургия / Проза / Самиздат, сетевая литература / Рассказ / Современная проза / Психология / Образование и наука / Пьесы
Смуглые девки
Смуглые девки

«Независимый портовый город и (по словам некоторых) обитель пиратов Новый Орлеан был домом для обитателей странного вида. Место, где морские змеи тащили суда мимо полей, на которых трудились зомби, к пристаням, где груз перекочевывал в деревянные фургоны, запряженные карликовыми мастодонтами размером с лошадь першеронской породы и ездящие по улицам, мощенным битыми ракушками устриц. Так что никто не счел бы особенно примечательным, когда в течение трех дней у дверей роскошного номера в «Масон Фема» стояла бесконечная очередь из молодых женщин просто ради возможности задрать юбку или распахнуть блузку, чтобы продемонстрировать татуированное бедро, грудь или ягодицу двоим судьям, которые сидели на сдвоенном кресле, сдержанно разглядывая посетительниц, задавая им по паре вопросов, а затем выпроваживая…»

Майкл Суэнвик , МАЙКЛ СУЭНВИК

Проза / Фантастика / Научная Фантастика / Рассказ
Кругосветное счастье
Кругосветное счастье

«Кругосветное счастье» — сборник рассказов известного писателя Давида Шраера-Петрова. Проницательность, лаконичность, точность, присущие его творческой манере, нашли отражение в острых, динамичных и драматичных сюжетах.Избранные рассказы Давида Шраера-Петрова отчасти перекликаются с его романом «Герберт и Нэлли» об исходе евреев из СССР. Утонченное философское и историческое мышление писателя охватывает судьбы русскоязычной еврейской интеллигенции, разбросанной по миру. Противоречивые характеры, драматичные истории — герои вживаются в новую систему человеческих отношений. Действие многих рассказов происходит не в изолированной эмигрантской среде, но в настежь открытом пространстве американской жизни.

Давид Шраер-Петров

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Рассказ / Современная проза