Читаем …Так навсегда! полностью

И вот – торжественный миг настал. После общего построения и теплых приветственных слов в зале остались легковесные, а мы вернулись в хитросплетение нашей бомбоубежищной раздевалки. Там еще немножко, как положено, поразмялись и «потянулись», а потом Хрящиков, узнавший будущего соперника Пикчерского, принялся выстраивать тому тактику на предстоящий поединок. «Он в ноги любит проходить… тем более он пониже тебя. (Ха-ха, «пониже»! Да Пикчерский так вымахал, что ощутить себя «повыше» мог, пожалуй, только представитель самой заключительной категории «свыше», да и то с рядом оговорок. – Прим. авт. ) Так что ноги береги, следи внимательно. На дистанции старайся держать, тебе руки позволят. И раскачивай его почаще, раздергивай…» Я же, немного послушав слова старшего товарища, был сражен приступом предстартового волнения и отлучился по малой нужде в самый наш дальний закуток.

Когда же вернулся обратно, то неожиданно услышал, как гулким эхом разнесся по полуподвалу голос судьи-информатора – моя фамилия!

От ужаса я похолодел. Это же вызов, вызов на ковер! Но позвольте – ведь времени-то совсем немного прошло, там схватки три-четыре до нас должны состояться, это минимум. Да, до туалета с душевой у нас далековато идти, но не настолько же! С другой стороны, это если все схватки в полное время прошли – а если досрочно завершились, это ведь запросто могло произойти… и я со всех ног кинулся в зал, на ходу стаскивая штаны и олимпийку.

Так и есть: судья задумчиво поглядывал на секундомер, а контрагент нетерпеливо мялся в своем синем углу, предвкушая уже, небось, легкую победу «в связи и за неявкой соперника». Черт, и угол синий у него, как у меня куртка и пояс (да, я знаю, что у круга не бывает углов, но так называется. Традиция), хорошо еще, что вслед за мной вылетел Хрящиков и тут же поверх намотал на меня свой красный.

– Опаздываешь, борец! – строго сказал судья и жестом показал: «Штрафное очко красному!»

«Черт, хорошенькое начало, – подумал я. – Сразу 0:1. Потерпеть надо было…»

Но дальше дела пошли лучше. Следуя установке Хрящикова, раз другой все равно не было, я держал на дистанции, а также раскачивал и раздергивал. А потом р-раз – и бросил! А потом почти тут же – и еще раз. И даже удержание на двадцать секунд, это уже три раза по четыре балла, кабы не штрафной в минус, так уже была бы «чистая победа по разнице». Ну ничего, сейчас еще одно оцениваемое действие…

Вообще говоря, что-то немножко смущало. Как будто что-то не так. Каким-то легковатым ощущался соперник, если честно. Хотя если поразмыслить – вон в нас сила-то какая! Пикчерский Беспородова крутит, как фигурист Шахрай фигуристку Черкасову во время элемента тодес. Разряд – это ведь не только победы, еще же двадцать раз надо на турнике подтянуться, ну так это ерунда, мы давно жмем двадцать пять…

– Чистую победу по разнице баллов одержал Иванов! – торжественно объявил судья и поднял вверх мою руку. Я с гордостью поглядел на сидевших у стенки Пикчерского и Хрящикова, потом покрутил головой в поисках Дмитрия Владимировича Серпорезюка, прекратив при этом улыбаться, – все-таки при выражении своей радости сенсею следует быть сдержанным… а вот и он. Сейчас только, один маленький моментик надо уладить.

– Товарищ судья! – обратился я. – Вы, кажется, не так объявили. Я же победил!

– Ты, никто и не спорит! А что не так?

– Я не Иванов, – робко сообщил я.

– А, в этом смысле. Извини. Сейчас, – и судья, глянув в протокол, заново выкрикнул в пространство. – Поправка! Победил – Сидоров!

– И не Сидоров… – краем глаза я успел заметить, как резко изменилось выражение лица Дмитрия свет Владимировича и как он, перепрыгивая через сидящих воспитанников, озабоченно поскакал к судейскому столику.

– А кто же? – спросил изумленно судья. – Вот же в протоколе значится: Иванов – Сидоров, весовая категория до… Ты кто?