— Что такое «саван»? — спросил Олег Юрьевич, икая от хохота.

— Не знаю, — сказал я.

— Непонятно тогда… давай в словаре посмотрим.

— Давай, — сказал я. Отец как раз принес домой красивый «Энциклопедический словарь», я любил его читать просто так, раскрывая на странице наугад.

— Тащи, ага, — сказал Олег Юрьевич.

И я притащил, мы раскрыли и посмотрели.

И меня вырвало.

Так закончилось детство.

Вот так.

Сторона 2

В детстве как. Зашипит пластинка, щелкнет — закончилась сторона. Вроде и коротенькая, а за окном уже стемнело, и только радиола в углу светится. Подойдешь осторожно, возьмешь, перевернешь — и даже как-то боязно… Что там, впереди? Сказка… Тайна…

Или битлы, к примеру. Сначала просто плакат на стене, даже не плакат, распечатка квадратиками на бумаге, и Ринго Старр наполовину разъехался. И отец, уверенно тыча в Харрисона, скажет: «Это этот, как его… Маккарти!» А потом вдруг пробьет, прострелит как молнией, навылет… я даже скажу чем, I don’t want to spoil the party… И бежишь стремглав к ларьку «Звукозапись», и стоишь там, зачарованный и облизывающийся… Эта… десять пластинок! Тут с трех минут-то улетаешь напрочь! Даже одиннадцать вроде… Дорого, конечно, гривенник за минуту, но — вперед, скорей, сколько же там еще всего ждет… Roll up for the Magical Mystery Tour! Вперед!

Прослушайте, пожалуйста, еще несколько историй на заданную тему.

Шанс

Чем в физкультурно-спортивном плане отличается от последующих первая смена пионерского лагеря? Хороший вопрос. Ну, к примеру, хотя бы тем, что посетившие ее в четный от Сотворения сезон остаются без просмотра значительной части матчей чемпионата мира по футболу. А спустя два года — и чемпионата Европы. Или наоборот. Но в любом случае для настоящего болельщика, пусть и несовершеннолетнего, это очень обидно. Скажем даже — практически недопустимо. Чемпионат мира-82 мне посмотреть удалось. Спустя пару лет сборная Союза избавила от дополнительных душевных мук, «проехав» мимо финальной европейской «пульки». Ну а мексиканского чемпионата — еще надо было дождаться…

А еще первая смена отличается тем, что в нее не едут выпускники неполной средней школы. Которые в это время сдают экзамены, перед тем как ступить на скользкую стезю профессионально-технического образования. Ну или продолжить путь в сияющую Страну знаний, если они по итогам полувыпускных интеллектуальных испытаний не подпадут под заключительный пункт народной мудрости «Было у отца три сына: двое умных, а третий — футболист». Как следствие, в первый отряд зачисляются пионерчики, окончившие всего лишь седьмой класс, остальные возрасты тоже сдвигаются в сторону увеличения. Так в первых числах июня 1985 года мы с Сергеем Какафоньевым оказались приняты аж в третий отряд уже хорошо знакомого нам «Дзержинца». А было нам всего лишь по двенадцать. После прошлогоднего шестого отряда это был несомненный успех и прогресс. Более того — как выяснилось, в этом таился и Шанс…

…Близился старт первенства лагеря. Шла очередная «выставочная» игра, к которой мы отнеслись со всей серьезностью: все-таки третий отряд — это уже без дураков, старшая возрастная группа! Вожатые, они же по совместительству теперь и главные (точнее, в ту пору еще «старшие») тренеры, уже практически определились с основными составами своих команд. Поэтому теперь просили больше времени тратить не просто на азартную игру на… ну, если сказать по-культурному — то на азартную стрельбу мячом с близкого расстояния по пятой точке проигравших… но и уделять пристальное внимание вопросам тактики, таким как взаимодействие игроков в линиях, между линиями, вдоль и поперек линий… короче, говоря по-простому, хотя бы просто не бегать кучей. Так, как правило, звучал главный лейтмотив импровизированной «установки».