Читаем Так говорит Сергей Доренко. Донбасс – дымовая завеса Путина? полностью

Познер: И даже сказали не так: «Я с восхищенным интересом разглядываю это говнище», и в этом, говорите вы, заключается ваш творческий подход.

Сергей Доренко: Я с восхищенным интересом разглядываю жизнь, да. Это правда.

Познер: И жизнь вот такая, с вашей точки зрения?

Сергей Доренко: Ну а что вы хотите?

Познер: Не, не, не, я ничего не хочу. Я задаю вопросы.

Сергей Доренко: Если бы я был… если бы я был мамонтом каким-то… У меня нет кожи, я болезненно реагирую на жизнь. Да! Болезненно! И с восхищенным интересом смотрю, как она причиняет мне боль. И говорю «спасибо» жизни. Это классно! Это классно! А чего же еще ждать от жизни?

Познер: Ну чтобы, как Пушкин, закончить шпицем.

Сергей Доренко: Давайте!

Познер: Вы говорите так: «Я всегда рискую. Наверное, это прозвучит самонадеянно, но я всегда и абсолютно уверен в триумфе. Мне кажется, что любой мой проект – триумф. И этот проект тоже. И это как бы такой способ мироощущения. Тот, кто не понял, что я сделал очередной триумф – кретин. И точка. Все».

Сергей Доренко: Вообще, главная проблема, конечно, я так понимаю…

Познер: Сергей… Сергей Доренко – триумфатор.

Сергей Доренко: Надо идти на победу. На меньшее нельзя.

Познер: Нет! Это я согласен!

Сергей Доренко: Понимаете…

Познер: Но вы и не сомневаетесь никогда.

Сергей Доренко: А нет, смотрите, вот я сомневаюсь все время. Сомневаюсь десять тысяч раз…

Познер: А…

Сергей Доренко: А вот перед ступеньками сцены, перед ступеньками сцены, или вот уже когда занавес, да – все: думать быстро, позитивно, пленных не брать, пошли! С Богом! Все! И все! Думать быстро.

Познер: Вы сейчас на сцене?

Сергей Доренко: Ну вот на сцене, когда перед сценой, все. Вот я говорю себе такое: «Думать быстро, позитивно, пленных не брать! Пошел!» И все, и пошел, и все – и там загрызть, и все. Ну а что? Вас же я не грызу, потому что вы клевый!

Познер: Скажите мне, пожалуйста…

Сергей Доренко: Да?

Познер: Вот когда закончится программа – она вот-вот закончится – вы, наверное, будете что-то писать в Фейсбуке, да?

Сергей Доренко: Ну что-то придется. Мы селфи с вами… Мы должны замутить с вами селфи, мне кажется!

Познер: Что вы думаете? Что вы будете писать, как вы думаете?

Сергей Доренко: Я должен сказать, что программа короткая.

Познер: Почти час!

Сергей Доренко: Короткая…

Познер: Ну я бы с вами поговорил дольше!

Сергей Доренко: О, да…

Познер: Вот это вы и напишете?

Сергей Доренко: О, да…

Познер: …что могла бы быть дольше?

Сергей Доренко: Я бы хотел, чтобы самолет потерпел крушение, и мы с вами месяцок на необитаемом острове ходили по пляжу взад-вперед, как будто на Сен-Бартсе каком-нибудь… И разговаривали бы, и разговаривали…

Познер: Вы бывали сами на Сен-Бартсе?

Сергей Доренко: Ни разу не был, но знаю, что вы там бываете.

Познер: Я вас приглашу, я там бываю.

Сергей Доренко: Да?

Познер: Да, да, конечно…

Сергей Доренко: К Абрамовичу?

Познер: Марсель Пруст… Нет-нет, отдельно…

Сергей Доренко: У вас там собственный дом?

Познер: Нет, я снимаю… Какой там собственный?! Вы меня путаете с кем-то!

Вы о чем-нибудь сожалеете?

Сергей Доренко: Нет, наверное, нет.

Познер: Если бы вы могли, вы бы в себе что-нибудь изменили?

Сергей Доренко: Невежество. Я хотел бы знать больше языков, например.

Познер: На ваш взгляд, какой ваш основной недостаток?

Сергей Доренко: Мягкотелость.

Познер: Какая ваша сильная черта?

Сергей Доренко: Оптимизм. Ирония.

Познер: Вот если б вам было дано… Ирония! Если б вам было дано исполнить одно единственное желание, но любое – одно единственное – оно было бы какое? Получить… Знаете есть такая сказка про спички? Получить пару коробков! Помните там спичку ломаешь, это и есть желание. У меня есть одно желание? О’кей! Я хочу сто желаний! Вот что.

Познер: Чем вы больше всего дорожите?

Сергей Доренко: Я ничем, наверное, так уж сильно не дорожу… Любовью, наверное. Любовью, да. Отношениями.

Познер: В шкале ценностей…

Сергей Доренко: Но я… Вы знаете, я настолько привык чувствовать ожидание боли, что стараюсь не иметь, чтобы не терять. Но, наверное, это плохо, да? Плохо? Не иметь, чтобы не терять.

Познер: В шкале ценностей от 1 до 20, где 20 – это высший балл, а 1 – самый низкий, деньги у вас на каком месте? От 1 до 20.

Сергей Доренко: Деньги – это страх. Деньги – это страх.

Познер: Ну и все-таки? Где оно там?

Сергей Доренко: Я труслив, я труслив. Я боюсь… я боюсь голода…

Познер: Ну и?

Сергей Доренко: 10.

Познер: 10… На каком месте для вас слава?

Сергей Доренко: Слава… Дело в том, что ввиду моей обидчивости и ранимости, я полагаю, что все, кто меня не понял – кретины, и поэтому это – защита. Это – защита. Да? Защита…

Познер: Ну и?

Сергей Доренко: Наверное, это мило, хотя…

Познер: Ну место-то какое там? От 1 до 20.

Сергей Доренко: От 1 до 20 надо все время, что ли?

Познер: Да, да!

Сергей Доренко: Не знаю… Никогда не думал, честно.

Познер: Хорошо. Ну подумайте! Вы же быстро думаете! Вперед!

Сергей Доренко: Бог мой… Не знаю. Каждый день по-новому.

Познер: Пленных не брать!

Сергей Доренко: Нет! Вы не знаете, вы не знаете, но у меня… я просто… я мгновенно другой, и…

Познер: Хорошо.

Перейти на страницу:

Все книги серии Политические тайны XXI века

Аншлаг в Кремле. Свободных президентских мест нет
Аншлаг в Кремле. Свободных президентских мест нет

Писатель, политолог, журналист Олег Попцов, бывший руководитель Российского телевидения, — один из тех людей, которым известны тайны мира сего. В своей книге «Хроники времен царя Бориса» он рассказывал о тайнах ельцинской эпохи. Новая книга О. М. Попцова посвящена эпохе Путина и обстоятельствам его прихода к власти. В 2000 г. О. Попцов был назначен Генеральным директором ОАО «ТВ Центр», а спустя 6 лет совет директоров освобождает его от занимаемой должности в связи с истечением срока контракта — такова официальная версия. По мнению самого Попцова, подлинной причиной отставки был его телевизионный фильм «Ваше высокоодиночество», построенный как воображаемый диалоге президентом России Владимиром Путиным. Смысл фильма касался сверхактуальной проблемы закрытости высшей власти и необходимости ее диалога с обществом. Новая книга О. М. Попцова посвящена эпохе Путина и обстоятельствам его прихода к власти. Автор предлагает свое видение событий и истинной подоплеки значимых действий высшей власти, дает свое толкование тайнам и интригам политической жизни Кремля в первое десятилетие XXI века.

Олег Максимович Попцов

Публицистика / Документальное
Власть в тротиловом эквиваленте: Наследие царя Бориса
Власть в тротиловом эквиваленте: Наследие царя Бориса

Эта книга, наверное, вызовет скандал с эффектом взорвавшейся бомбы. Хотя вынашивалась и писалась она не ради этого. Михаил Полторанин, демократ-идеалист, в свое время правая рука Ельцина, был непосредственным свидетелем того, как умирала наша держава и деградировал как личность первый президент России. Поначалу горячий сторонник и ближайший соратник Ельцина, позже он подвергал новоявленного хозяина Кремля, который сдавал страну, беспощадной критике. В одном из своих интервью Полторанин признавался: «Если бы я вернулся в то время, я на съезде порекомендовал бы не давать Ельцину дополнительных полномочий. Сказал бы: "Не давайте этому парню спички, он может спалить всю Россию…"»Спецкор «Правды», затем, по назначению Б. Н. Ельцина, главный редактор газеты «Московская правда», в начале 1990-х он достиг апогея своей политической карьеры: был министром печати и информации, зампредом правительства. Во всей своей зловещей достоверности открылись перед ним тайники кремлевского двора, на глазах происходило целенаправленное разрушение экономики России, разграбление ее богатств, присвоение народной собственности кучкой нуворишей и уничтожение самого народа. Как это было, какие силы стояли и по-прежнему стоят за спиной власти, в деталях и лицах рассказывает в своей книге, в чем-то покаянной, основанной на подлинных фактах и личных наблюдениях, очевидец закулисных интриг Кремля.

Михаил Никифорович Полторанин

Биографии и Мемуары

Похожие книги

«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство
100 великих угроз цивилизации
100 великих угроз цивилизации

Человечество вступило в третье тысячелетие. Что приготовил нам XXI век? С момента возникновения человечество волнуют проблемы безопасности. В процессе развития цивилизации люди смогли ответить на многие опасности природной стихии и общественного развития изменением образа жизни и новыми технологиями. Но сегодня, в начале нового тысячелетия, на очередном высоком витке спирали развития нельзя утверждать, что полностью исчезли старые традиционные виды вызовов и угроз. Более того, возникли новые опасности, которые многократно усилили риски возникновения аварий, катастроф и стихийных бедствий настолько, что проблемы обеспечения безопасности стали на ближайшее будущее приоритетными.О ста наиболее значительных вызовах и угрозах нашей цивилизации рассказывает очередная книга серии.

Анатолий Сергеевич Бернацкий

Публицистика
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное