Я принесла несколько свертков и положила их на боковой столик. Осмотрев свое окружение, я поняла, что этим людям невозможно подарить что-то, чего бы у них уже не было, но смело взялась за эту задачу. Купила для Вонгвипы два старых, красивых серебряных подсвечника, которые бледнели в сравнении с ее серебром, но были необычными, к тому же, как говорю своим покупателям, всегда можно использовать больше подсвечников. Вонгвипа, казалось, была довольна, но, может, просто проявила любезность. Толстушка объявила, что леденцы из кленового сахара превосходны, а Таксин засыпал меня вопросами о мыльном камне инуитов, который я выбрала для него. Все пришли в недоумение от клюквенного варенья и холодного вина из провинции Онтарио, но на всех не угодишь.

Полученный от Вонгвипы подарок был замечательным. В коробке с шелковой подкладкой оказались четыре необычных серебряных предмета конической формы с чеканкой, все разные.

— Это сосуды для орешков бетеля, — объяснила Вонгвипа. — Не особенно древние, им примерно лет двести. Из них получаются отличные держатели для салфеток.

— Какая творческая идея, — сказала я. — Мне они очень нравятся.

Мне они действительно нравились. Я люблю находить оригинальное использование для старых вещей, но меня уже охватывала усталость от зрелища всего превосходного, что увидела в тот вечер.

— И еще по маленькому подарку, — сказала Вонгвипа. — Один для вас, один для Дженнифер.

Развернув сверток, я увидела терракотовый амулет. И просто не знала, что об этом думать и что сказать. Просто сидела несколько секунд, глядя на него, и думала о квартире Уилла Бошампа и о пропавших амулетах.

— Они для хорошего здоровья, — сказала Вонгвипа. — Кстати, о самочувствии. Вы, должно быть, утомились от всех своих разъездов. Если устали, то, пожалуйста, не считайте себя обязанной оставаться здесь.

— Знаете, с вашего разрешения я, пожалуй, пойду спать, — сказала я и после обмена любезностями со всеми и множества благодарностей отправилась к себе в комнату. Но сон не шел. Я приписывала это разнице в часовых поясах, но догадывалась, что дело не только в этом, хотя не могла понять, в чем именно. Может, есть что-то беспокоящее в этой семье. Дженнифер определенно считала так. Что же? Дусит — скучный молодой человек, явно завидующий старшему брату, но в этом нет ничего особенного, как и в том, что матриарх во всем образцова, единственный недостаток, какой я в ней заметила, это властность. Ванни, жена Сомпома, завидует ей, но было бы трудно не завидовать. Может, подумала я, когда мне вспомнились красные капли на стене, бессонница связана вовсе не с этой семьей, а с вероятностью, что Уилла Бошампа нет в живых.

* * *

Независимо от причины беспокойства я несколько часов не могла заснуть. Было уже очень поздно, и я решила посмотреть, есть ли на кухне какой-нибудь травяной чай, предпочтительно со словом снотворный в названии. Я старалась двигаться очень тихо, чтобы не тревожить Дженнифер. На кухне горел свет, и я услышала негромкие голоса. Там находились Ютай и Кхун Вонгвипа, Ютай был уже без пиджака и галстука, с закатанными рукавами рубашки. Таким непринужденным и раскованным я его еще не видела. Вонгвипа была в шелковой блузке и облегающих черных брюках. Под моим взглядом из темноты коридора Вонгвипа подняла руку и сняла с Ютая очки. Этот совершенно интимный жест потряс меня. Я как можно тише повернулась, но в спешке споткнулась о край ковра. Голоса резко оборвались, и я услышала шаги к двери. Я была почти уверена, что они видели, как я быстро удаляюсь по коридору.

Глава четвёртая

Когда принцу Йот Фа было всего два года, король Чайрача был вынужден собрать большую армию и выступить против бирманцев, так как злонамеренный Табиншветхи напал на мюанг Чиангкрай, который платил Аюттхае дань и потому имел право на нашу защиту. Блестящий тактик и воин, король решительно разделался с противником, изгнал его из наших владений, и какое-то время Аюттхая наслаждалась покоем.

Но ему не суждено было долго продлиться.