Читаем Тайный сыск генерала де Витта полностью

Декабрист Е. Якушкин весьма откровенно писал о своем подельнике П. Пестеле: «На средства не был разборчив; солдаты его не любили; всякий раз, когда император или великие князья назначали смотр, он жестоко наказывал солдат. При учреждении военных поселений он хотел перейти туда на службу и обещал, что скоро у него возмутятся». Цитата Якушкина весьма примечательна, и вовсе не тем, что Пестель был настоящим зверем для своих солдат, — это понятно и без Якушкина. А вот пассаж о желании Пестеля перейти в военные поселения и поднять поселенцев на мятеж весьма примечателен. В этом переводе для Пестеля действительно был резон: гораздо лучше поднять на мятеж целый кавалерийский корпус, чем один Вятский пехотный полк. При этом направление деятельности Пестеля здесь совершенно понятно: сначала постараться прибрать все нити административной власти Южных военных поселений в свои руки, затем, интригуя, вызвать недовольство поселенцев и дискредитировать в их глазах генерала де Витта. А затем уже поднимать военные поселения на мятеж, который, в случае примыкания к ним хотя бы части полков 2-й армии, уже становился всероссийским!

По существу, к концу царствования императора Александра I Россия находилась в преддверии масонского переворота с перспективой гражданской войны и последующего всеобщего кровавого террора. Именно это происходило во время масонской революции во Франции, именно так все будет происходить спустя десятилетия и у нас в России…

Оценивая участие Ивана Осиповича де Витта в раскрытии декабристского заговора, необходимо оговориться, что в данном случае он действовал уже не только как разведчик, но и как контрразведчик. В начале XIX века обе профессии были ещё неразделимы, а потому большинство разведчиков одновременно занимались и вопросами контрразведки.

Скорее всего, на декабристский заговор де Витт вышел через своих польских агентов. Как известно, помимо «Южного общества» как такового к декабристскому движению примыкало и так называемое общество «Соединенных славян», где решающую роль играли польские и украинские националисты. К моменту начала восстания обе организации готовились объединиться. Довольно быстро де Витт установил, что все нити заговора в Южной армии тянутся к полковнику Пестелю. Однако для проникновения внутрь организации заговорщиков нужны были не случайные, а хорошо подготовленные, умелые и, самое главное, преданные агенты.

Именно поэтому вскоре де Виттом был завербован капитан Вятского полка А.И. Майборода и личный друг и ближайший соратник генерала коллежский советник А. К. Бошняк.

Что касается Майбороды, то это был вполне заурядный служака, обуреваемый затаенной ненавистью к баловню судьбы Пестелю. По замыслу де Витта, именно Майборода и должен был войти к нему в доверие. Это облегчалось тем, что Майборода был командиром гренадерской роты и пользовался особым расположением своего полкового командира, т. е. Пестеля.

Бошняк же должен был информировать де Витта обо всем происходящем в среде рядовых заговорщиков. О внедрении в ряды декабристов А.К. Бошняка весьма подробно вспоминал в своих мемуарах декабрист князь С.Г. Волконский: «В половине 1824 года граф Витт через избранного им агента-помещика, жившего близь Елизаветграда Херсонской губернии Бошняка, человека умного и ловкого, и принявшего вид передового лица по политическим мнениям, вошел в сношение с тайным обществом. Витт, как хитрый человек, догадывался во многом о существовании этого общества, но открытием тайного общества в видах предательства, хотел выслужиться перед Государем и тем восстановить доверие Государя к себе, колеблющееся, впоследствии происков Аракчеева, который имел данные о его денежных злоупотреблениях в расходах по Южному военному поселению, которого он был начальником. По внушениям Витта, Бошняк сблизился с офицером Генштаба Лихаревым, молодым человеком пылким и неосторожным. Зная его постоянную и даже родственную связь с Василием Львовичем Давыдовым (один из руководителей Южного общества. — В.Ш.), он по чутью полагал или, лучше сказать, несомненно заключил, что он также принадлежит к тайному обществу. Лихарев попался в ловушку и, обвороженный… принял его (Бошняка. — В.Ш.) в члены общества».

О «злоупотреблениях» генерала де Витта в деле руководства Южными военными поселениями мы ещё поговорим в своё время. Пока же нас интересует деятельность агента Бошняка.