– Мучительно. Впрочем, что сделано, то сделано. Когда я покину сей мир, детям не придется разгребать слишком много хлама. Забавно, но в какой-то мере переезд оказал целебное воздействие. Хотя я ждал целых два года. Не смог сделать это сразу.

– Могу себе представить.

Хелен не хотелось признаваться, что, хотя после смерти Уильяма прошло двадцать лет, практически все вещи остались на своих местах. Она психологически не могла избавиться от того, чего касалась его рука. И так как в доме было достаточно места, ей и не пришлось. Но возможно, наконец настало время это сделать. Ее прельщала мысль заменить захламленные ящики, в которых приходилось рыться в поисках овощечистки или ситечка для чая, стройным рядом подвешенных кухонных принадлежностей.

– В любом случае, – сказал Ральф, – сегодня придется лечь пораньше. Завтра я принимаю экзамен, и мне понадобится ясная голова.

– Конечно, – поспешно согласилась Хелен, испугавшись, что утомила Ральфа или вообще не заинтересовала его и теперь ему не терпится поскорее закончить разговор и вернуться к телику.

– Доброй ночи, – жизнерадостно произнес он и отключился.

Хелен сидела, не зная, что и думать. Но буквально минуту спустя на экране появилось сообщение:

Хелен улыбнулась. Теперь можно было лечь спать со спокойной душой. «Доброй ночи, Ральф Поттер», – подумала она, представив его в клетчатом домашнем халате. Она хотела встретиться с Ральфом. Она реально хотела встретиться с ним. Стоит сделать первый шаг или лучше подождать, когда он сам проявит инициативу? Может, посоветоваться с Никки или Джесс? Впрочем, просить совета – это слишком по-детски. Но с тех пор, как она впервые пошла на свидание с Уильямом, много воды утекло. Прошло больше пятидесяти лет. Боже мой, какая она старая!

И в этот самый момент пришло еще одно сообщение:

А через пять секунд пришел значок поцелуя.

<p>Глава 29</p>

Никки проснулась в два часа ночи от громкого стука в дверь. Вскочив с кровати, Никки бросилась к окну передней спальни проверить, кто пришел, не желая предстать в пижаме перед незнакомым человеком.

Это была Джесс. Все еще в форменной одежде. На Никки накатила волна ужаса. Неужели анонимный отправитель открыток выдал ее тайну? И Джесс пришла предъявить обвинение? У Никки пересохло во рту и вспотели ладони. Бесполезно делать вид, будто ее нет дома. Она должна встретиться с Джесс и найти в себе мужество во всем признаться. Джесс снова забарабанила в дверь. Нет, все же придется ее впустить, так как иначе Адам решит, будто что-то случилось.

Никки сбежала по лестнице, сердце бешено колотилось. Она судорожно пыталась сообразить, что будет говорить, если Джесс действительно явилась выяснить отношения. Открыв дверь, Никки увидела, что сестра находится в растрепанных чувствах, по ее лицу ручьем текли слезы.

– Он умер! – Джесс тяжело переступила через порог и, повиснув на Никки, упала ей на грудь. – Ник, мы его потеряли.

– Кого?

О ком она говорит? О Рике? Об их отце? В голове тут же вспыхнули ужасные картины.

– Это несправедливо. Мне этого не вынести. Мы сделали все, что в наших силах. – Джесс рыдала так горько, что сквозь всхлипы трудно было разобрать, о чем она говорит.

– Успокойся. Расскажи, что случилось. – Никки крепко обняла сестру.

– Ему было всего семнадцать. Они приехали сюда на каникулы целой компанией. Он достал экстази в Токаме.

– Господи!

Передоз. Такое время от времени случалось. Ребята приезжали отметить окончание экзаменов и перебарщивали. Трудно устоять против искушения.

– Я всегда справлялась со своими эмоциями. Не понимаю, почему меня так пробило. Может, потому, что он напомнил мне Билла. – Джесс закрыла лицо руками. – Я не могу вернуться домой. Не хочу, чтобы Джуно видела меня в таком состоянии.

В коттедже царил полный разгром, и, кроме обеденных стульев, не на чем было нормально устроиться.

– Почему бы нам не подняться в спальню? Ты могла бы лечь на мою постель. Я принесу тебе чашку чая.

Джесс кивнула, вытирая слезы. Она, кажется, стала чуть-чуть спокойнее.

– О’кей.