Читаем Тайный фарватер полностью

А группа захвата ФСБ – это две дюжины матерых волкодавов, каждый из которых стоит взвода срочников, и никто не сдастся в плен. Как таким «гостям» не радоваться. Боевики десять раз подумают, прежде чем сунутся в село.

Анатолий Сазоненко, «оккупировав» кабинет помощника коменданта, целыми днями напролет находился на связи то со штабом контрразведки в Моздоке, то напрямую с Москвой.

Присутствующие в комендатуре офицеры, между собой обсуждая происходящие события, пришли к единственному, на их взгляд, верному решению: вся активность спецслужб связана с проведением командно-штабных учений «Утиная охота».

«Решили чекисты показать, что еще «нюх не потеряли», вот и выкобениваются», – таково было общее мнение.

Активность чекистов проявилась уже на следующий день. С раннего утра горный воздух наполнился тяжелым духом. К аулу приближалась бронеколонна. Впереди, лязгая стальными траками, обвешанные квадратами «активной защиты» и гнутыми листами противокумулятивных экранов, двигались два танка «Т-32», за ними следовала дюжина остромордых БМП-2 с торчащими вверх тонкими стволами скорострельных пушек. Броня боевых машин была густо заселена сидящими десантниками.

За БМП шли груженые «Уралы», «КамАЗы», некоторые машины тащили за собой на прицепах стодвадцатимиллиметровые полковые минометы и автоматические восьмидесятидвухмиллиметровые минометы «Василек».

– Ни фига себе учения, – в изумлении пробормотал комендант, глядя на приближающуюся колонну. – Это же батальон полного состава собираются развернуть.

При таком раскладе сил можно было не опасаться всех вместе взятых сепаратистских банд.

Бронеколонна в село не вошла, а развернулась по периметру вокруг бывшего колхозного поля, на котором в последнее время приземлялись вертолеты.

Едва батальон развернулся в боевой порядок, спешившиеся с брони бойцы тут же принялись окапываться, готовя огневые позиции.

Во второй половине дня, когда мотострелки надежно вгрызлись в землю, снова до слуха людей донесся нарастающий гул.

Из-за горы выскочила четверка транспортно-боевых вертолетов «МИ-8» МТ. С шумом разрубая воздух лопастями винтов, лупоглазые, похожие на гигантских стрекоз машины стремительно пронеслись над крышами, сопровождая свой путь фейерверком из тепловых ловушек.

Снизив скорость, вертолеты по очереди зашли на посадку. Едва стих рев двигателей, к головной машине устремился «уазик».

Из распахнутой двери транспортного салона на пожухлую траву выпрыгнул невысокий кряжистый мужчина, внешне напоминающий рыбака-любителя из-за серо-зеленого камуфляжа «Русак» (двухстороннего, позволяющего действовать в условиях осени и зимы). На ногах берцы, на голове вязаная шапочка цвета хаки, а из-под камуфляжа выглядывал ворот теплого водолазного свитера.

– Майор Сазоненко, – выпрыгнув из едва остановившегося «уазика», представился Анатолий.

– Подполковник Афанасьев, – ответил мужчина, пожимая руку майора. – Командир особой группы отряда специального назначения пограничных войск «Симга». – Он кивнул в сторону выгружающихся из вертолета бойцов.

Как успел заметить Сазоненко, все они были серьезные люди, мужчины от тридцати до сорока лет. Из полученной из Моздока информации он знал – все контрактники воевали в обеих чеченских войнах, а некоторые зацепили и Афганистан. Для них война в горах даже не работа, это их жизнь.

Все как один были облачены в маскировочные комбинезоны «Русак», поверх которых надели разгрузочные жилеты «Выдра», позволяющие с удобством нести на себе полцентнера боеприпасов, продуктов и вспомогательного имущества. У каждого «егеря» пистолет «ТТ», нож разведчика, стреляющий «НРС-2», автоматическое оружие, правда, разное. У большинства «АКМСы», пара ручных пулеметов «ПКМ», снайперские автоматы «СВДУ-АС», укороченные за счет применения системы «бул-пап». Оружие намного более удобное для действий в горах, чем стандартная армейская «СВД».

– Ну что, с общим планом операции меня в Моздоке ознакомили, – без вступлений начал подполковник, – думаю, пора обговорить детали.

– Конечно, – согласился с пограничником Сазоненко, указывая на автомобиль. – Прошу.

– А мои люди? – открывая дверцу внедорожника, поинтересовался Афанасьев.

– Мы подготовили помещение, где бойцы смогут отдохнуть. Их накормят горячей пищей.

– Хорошо, – кивнул подполковник, опускаясь на заднее сиденье.

Обсуждение плана предстоящей операции проходило в здании комендатуры. В кабинете заместителя коменданта перед разложенной картой склонились двое, руководитель операции майор Сазоненко и командир «егерей» подполковник Афанасьев. Помня главную формулу соблюдения секретности: «Утечка информации прямо пропорциональна количеству осведомленных», Анатолий решил ограничиться минимумом.