Читаем Тайный фарватер полностью

Кроме оборудованной снайперской позиции с секторными бойницами, тщательно замаскированными под цвет стены, у чеченского стрелка неплохо был налажен быт. В соседней комнате обнаружили расстеленный спальный мешок, там же была установлена плитка на бензине, неподалеку от нее штабелем были выложены консервы. Дальше лежал открытый патронный цинк армейского, ядовитого цвета. Возле цинка высились две стопки автоматных магазинов, в правой стопке поблескивали новенькие патроны, слева были сложены пустые магазины. В самом дальнем углу был расстелен молельный коврик, на котором снайпер выполнял намаз.

Сам «хозяин» этого нехитрого скарба, одетый в потрепанный, выгоревший на солнце камуфляж, лежал на стрелковой позиции, уткнувшись лицом в автомат Калашникова с оптическим прицелом. Вокруг его головы разлилась бурая лужа густой, липкой крови. Кровь была еще теплой: над ней поднимался легкий пар.

Капитан Козлов поднял автомат и, держа оружие за цевье, продемонстрировал напарнику приклад, на котором были вырезаны насечки. Виктор не хуже офицеров понимал, что эти насечки обозначают. Каждый надрез на дереве был отобранной жизнью солдата или офицера федеральных войск.

– Странно, – задумчиво произнес Егоров, глядя на автомат. – Больше трех десятков насечек. Настоящий профи, таких чечены берегут, как зеницу ока, минимум с десяток рыл должны его оберегать, а тут никого. Изгой, что ли?

– Да нет, скорее всего, счел себя суперменом. Один против всех, и направление здесь второстепенное, крупных сил федералов не будет, – пояснил Козлов и, указав на трос, тянущийся из комнаты во двор, добавил: – Тем более, у него был на всякий случай подготовлен вариант скоростного отхода. Я думаю, что он здесь был не один, на ночь приходили сторожа, беречь драгоценный сон мэтра. Когда мы поднимались, на втором этаже я обнаружил довольно обжитые стрелковые позиции.

– Может быть, может быть, – согласился майор. Устав держать автомат на весу, капитан повернулся к Виктору и протянул ему оружие:

– Держи, парень. Скоро здесь закончим, и кинут вас в горы, добивать зверя в его собственном логове. А с вашими мелкашками там не сильно навоюешь. Для гор «АКМ» – «машина» что надо, а с оптикой – вообще мечта. Сам убедился еще в Афгане. Только запомни две истины.

– Какие? – спросил Виктор, взяв в руки непривычно тяжелый автомат.

– Первое: оружие любит ласку, чистоту и смазку. Будешь смотреть за «калашом», он тебя никогда не подведет. Второе: в бою главное – четко знать количество патронов, а чтобы не считать каждый выстрел, когда снаряжаешь магазин, первыми заряжай три-пять трассирующих. После этого всегда будешь знать, когда заканчиваются патроны. Понял?

– Понял, – кивнул Савченко.

– Ладно, Макаренко, заканчивай ликбез, – перебил Козлова майор. – Пойдем, посмотрим, какая панорама открывается с противоположной стороны.

Они вышли из комнаты и двинулись по длинному, захламленному коридору, над головами свисали обломки штукатурки, намертво прилипшие к деревянной обшивке, в стенах зияли большие проломы от снарядов.

Противоположный край дома выходил на соседнюю улицу, которая все еще находилась под контролем боевиков. Здесь царила безжизненная пустота, лишь воздух по-прежнему был наполнен артиллерийской канонадой.

– Подождем, посмотрим, – предложил Егоров.

– Посмотрим, – согласился Козлов.

Снайперы заняли позиции. Капитан, умостившись в проеме вывороченной взрывом балконной двери (вместе с балконом), сказал Виктору:

– Поставь автомат на предохранитель и через оптику следи за улицей, привыкай к прицелу. И не вздумай открывать огонь без команды.

Ждать пришлось долго, в течение часа на улице никто не появился. Виктор уже привык к наглазнику оптического прицела трофейного автомата, он даже освоил шкалу оптического прицела и примерно представлял принцип снайперской стрельбы, жалея, что сейчас нельзя испробовать.

Время тянулось томительно долго. От напряжения из правого глаза Виктора потекла слеза. Он едва успел смахнуть ее, как услышал:

– Оп. – Это произнес кто-то из снайперов.

Савченко снова припал к оптике, из-за угла появилась цепочка боевиков. Впереди идущий здоровяк в маскировочном комбинезоне ядовито-джунглевых расцветок с бородой лопатой, был вооружен длинноствольным РПК. Он был подобен матерому волку, его голова, вжатая в плечи, дергалась из стороны в сторону, как будто он выискивал жертву. Идущие следом тащили на себе разобранный миномет. Огромный толстяк в гражданской одежде, семенящий за ведущим, сгибался под тяжестью опорной плиты. За ним долговязый бородач, похожий на испанского Дон Кихота, тащил на себе трубу миномета, руки его потели, и ствол то и дело сползал к земле. Долговязый часто останавливался, из-за чего с темпа сбивались следующие за ним подносчики боеприпасов.

– Раз, два, три, четыре, – про себя считал Виктор сгибающихся под тяжестью деревянных ящиков молодых боевиков.

– Слышь, Вадик, неужели это те козлы, что нас накрыли? – почти восторженно произнес капитан Козлов, разглядывая боевиков через оптику.