Читаем Тайный фарватер полностью

– Я буду платить вам пять тысяч в месяц, – раздельно произнес Махмуд Аббас. Полковник с внутренним удовольствием заметил, как широко раскрылись удивленные глаза молодого человека и в зрачках блеснул алчный огонек. – Ну, и соответственно питание на яхте за мой счет.

– Я согласен, – не раздумывая, ответил Виктор.

– Отлично, – кивнул ливийский разведчик. – Это, так сказать, предварительная договоренность, впоследствии, если я останусь вами доволен, мы сможем говорить о совсем других деньгах, на которые можно будет купить роскошную виллу на берегу Средиземного моря и содержать целый гарем прекрасных наложниц. Но об этом мы поговорим позже.

Несколько последних дней полковник Аббас был заражен идеей лично отправиться в Россию на поиски этого чертова архива. Для этого ему, конечно, понадобится сеть осведомителей, в этом качестве можно использовать агентов местной резидентуры. Кроме того, нужен человек, который будет обеспечивать безопасность полковника, при этом сам он не должен выделяться среди местных жителей. Бывший пленник как нельзя лучше подходил для этой цели. Махмуд Аббас даже готов был заплатить долю из общей суммы, выделенной на покупку архива. Но пока ливийская разведка разыскивала вероятных (после Асламбека Максурова) хозяев картотеки «Джаамат», полковник не хотел выкладывать перед новым телохранителем все карты.

– Итак, Виктор, последний вопрос, – проговорил Махмуд Аббас. – В поединке ты одержал верх и мог спокойно убить Мустафу. Почему же ты его пожалел?

– Я его не пожалел, – покачал головой Виктор. – Если бы я сломал шею Мустафе, оставшиеся двое затаили бы на меня злобу и рано или поздно нашли способ, как отправить иноверца за борт кормить рыбу. А так, я думаю, мы со временем еще станем друзьями.

– Мудрое решение, – по достоинству оценил ответ полковник. – Можешь идти отдыхать.

– У меня к вам просьба, уважаемый Махмуд, – привстав с кресла, смущенно произнес бывший пленник.

– Слушаю внимательно.

– С одеждой у меня проблемы. – Виктор жестом руки указал на потрепанный камуфляж и босые ноги. – В счет аванса нельзя ли чего-то прикупить?

– Думаю, этот вопрос мы решим, – успокоил новоиспеченного телохранителя полковник.

* * *

Бесшумно раздвинув ветки старого карагача, Пророк выглянул наружу. До крайних дворов селения Шарой оставалось с полсотни метров. Но это были пятьдесят метров открытого пространства. Если у федералов поблизости «секрет», эти шаги станут последними в жизни.

Луна вышла из-за туч и осветила пространство холодным, бледно-лимонным светом. Таймураз Хадышев так же бесшумно сдвинул ветки кустарника, при таком освещении нечего и думать двигаться с места, все равно что идти белым днем.

Пророк устало опустился на землю и провел рукой по висевшему на груди автомату. Вороненая сталь, покрытая инеем, была стылой и скользкой. «Этому оружию никакой мороз, никакая жара не страшны», – неожиданно подумал Таймураз, действительно, его «Калашников» еще ни разу его не подвел. Иногда ему казалось, что это оружие является частью его самого. Рука скользнула с цевья автомата на живот, где висели подсумки с запасными магазинами и ручными гранатами, охотничий нож и германский самозарядный пистолет «вальтер».

«Если гяуры попытаются меня взять, дорого им будет стоить моя жизнь, – усмехнулся чеченец. Но уже через секунду отбросил эту мысль. – Умереть – много ума не надо, куда труднее заставить умирать русских собак, а самому жить».

Мысль о собаках материализовалась в виде далекого лая, и тут же откликнулись десятки псиных глоток.

«Шайтаново племя», – с ненавистью подумал Пророк о четвероногих друзьях человека. Собаки еще немного побрехали и замолчали, но Таймураз уже знал, что ночью не стоит идти в селение. «Секреты» на подходах, патрули на улицах и, наконец, голосистые собаки – все сейчас было против него. Следовало ждать утра, когда ослабевает внимание дозорных и патрульных, на лай собак никто не обращает внимания, а камуфляж помогает не только скрываться в лесу, но и бесследно раствориться среди федералов.

Усевшись поудобнее под кустом, Пророк поднял воротник бушлата, автомат, сняв с предохранителя, положил под правую руку и, прикрыв глаза, расслабился. Теперь все мысли полевого командира были заняты отрядом.

Он привел с собой два десятка самых опытных и надежных боевиков. Многие из них перед этим походом залечивали в Панкисском ущелье раны, полученные в Чечне, и теперь рвались отомстить своим обидчикам.

Впрочем, их месть была мелочью по сравнению с тем, что предстояло выполнить Пророку. Только поэтому Таймураз раздробил свой отряд на три части, две из которых подставил под пограничников, и даже бросил караван с оружием и провиантом. Но игра стоила того, стократ стоила.

Группу, которую Таймураз привел с собой в Чечню, он расположил в сорока километрах от Шароя. Боевикам пришлось занять законсервированный несколько лет назад горный лагерь и вскрыть несколько тайников. Теперь у них было достаточно продовольствия, оружия и, главное, мин и взрывчатки.