– Чёрт с тобой! Возвращаемся, – Сергей принял решение и стал разворачивать лыжи. Было темно. Луна светила как небольшая горстка светлячков, но сейчас им было это на руку. Получив долгожданное согласие друга, всхлипывая, Петя кое-как развернулся и, прилагая все усилия, поспешил обратно. Правда, он постоянно оглядывался и спрашивал у Сергея:

– Ты идёшь?

– Да иду я, иду! Не оглядывайся. Раз решили вернуться, время на всякое оглядывание и разговоры терять нельзя.

   Дальше уже шли молча. Каждый был занят своими мыслями. Петя молил Бога, чтобы всё обошлось, и их не наказали, а Сергей кипел от злости на друга. "Слабак! И зачем я, дурак, его с собой позвал? Лучше бы сам ушёл – уже давно дошёл бы и полицию привёл", – Сергей в сердцах ругался, но шёл обратно....

Глава 22

Сергей предположил верно, выведя лампочку из строя, что, в связи с поздним временем, командир не будет искать целую. Так оно и случилось. Вернувшись из столовой и обнаружив перегоревшую лампочку, командир лёг на кровать и уткнулся в ноутбук, поставив рядом на пол пару бутылок пива. Сегодня, как ни странно, сон его сморил достаточно быстро. Убрав компьютер на пол, он спокойно заснул. Когда Сергей поджигал шнур, командир крепко спал, громко храпя во сне. Он не слышал ни лёгкого потрескивания горящего шнура, ни запаха.

Всё шло хорошо: ребята убегали – командир спал. Оставалось всего пара минут, и огонь по шнуру должен был достигнуть фляжки, где сверху была легковоспламеняющаяся смесь. Но тут командир проснулся от переполненного мочевого пузыря. Ворча, проклиная всё вокруг, ещё в полудрёме он вышел на улицу. Разумеется, в уборную он не пошёл, а отойдя от двери несколько шагов в сторону, тут же стал справлять маленькую нужду. Взрывная волна достала его как раз за этим занятием, почти на улице, что спасло ему жизнь.

Отброшенный волной в снег, командир несколько минут приходил в себя. Даже когда набежали все, кто жил в лагере, он не сразу смог говорить. Кровать командира, его компьютер взорвались и превратились в груду раскуроченного мусора. Его самого, похоже, спас Бог: правда, для чего он это сделал, остаётся загадкой. Когда, наконец, к командиру вернулось осознание реальности, когда он вновь обрёл способность мыслить, он понял страшную истину, а именно то, что его, командира, посмели взорвать. Осознав это, он зарычал как раненый лев. Его яростный рык заставил содрогнуться всех присутствующих, ибо бешеный нрав Романа был известен всем.

– Кто посмел?!!! – он орал так, что стекла в окнах казармы задребезжали.

– Убью!!!!!!!! – эхом прокатилось по лесу.

   Все ребята были выстроены в ряд. Начальник лагеря нервно ходил перед ними и требовал выдать виновного, угрожая страшным наказанием для всех. Брызжа слюной, изрыгая проклятия, командир бегал тут же. На нём был лишь бушлат, надетый на футболку, и голые ноги в валенках. Командир вторил директору и непрестанно вслед за ним, задавал ребятам один и тот же вопрос: "Кто это сделал"? – но ребята молчали, ибо им действительно нечего было сказать.

– Почему нет твоих? – начальник лагеря раздражённо посмотрел на Фердоуса. – Твоей группы нет, а ты здесь ошиваешься! – он, грязно ругаясь, в сердцах сплюнул на снег.

– Я сейчас.

   Фердоус, грубо пнув дверь ногой, ворвался в казарму. Его бесило не то, что его ребят не было: им было категорически запрещено без разрешения отлучаться. Фердоуса бесила грубость директора по отношению к нему.

– Подъём!!! – Фердоуса издал звериный рык.

   Петя с Сергеем вернулись буквально за минуту до Фердоуса. Их встретил удивлённый вопрос Егора:

– Вы что, с ума сошли?! Зачем вернулись? – но отвечать было некогда, ребята торопились раздеться и лечь в постель. Они уже лежали, когда пришёл Фердоус. После приказа "Встать!", все тотчас поднялись и выстроились в ряд.

Фердоус оглядел каждого. В воздухе витал страх и волнение. Это передалось и Фердоусу, поэтому что он стал осматривать комнату. Не заметив ничего подозрительного, выскочил в закуток, где ребята разувались и стояли лыжи. Мокрые ботинки ребят от ещё не полностью растаявшего снега не оставили ему сомнений, что дело нечисто. Либо ребята пытались убежать, но что-то помешало им и они вернулись, либо дело обстоит куда хуже.

В голове Фердоуса мелькнула мысль, что именно кто-то из его ребят устроил взрыв. Это открытие до того ошарашило его, что он даже на какое-то мгновение растерялся. Каждого из своей команды он считал законченным трусом, слюнтяем, более того – своим рабом, собакой, которая без его приказа гавкнуть побоится, а тут такое – раб взбунтовался. Фердоус никак не хотел в это верить. Он подходил к каждому, и, грубо поднимая лицо за подбородок, свирепо заглядывал в глаза.

   Все молчали. Тогда, подняв мокрые сапоги, он заорал:

– Чьи?

– Мои, – тихо ответил Сергей.

– Ещё чьи? – его глаза полные ярости буквально испепеляли ребят.

– Мои, – Петя ответил лишь губами, но Фердоусу этого было достаточно.

   Он, размахнувшись, что есть силы ударил сначала Петю, а затем Сергея. Не удержав равновесия, ребята отлетели в угол.