– Я вовсе не хотела, чтобы она прыгала. Мы поссорились. Я заставляла ее уехать, потому что дом мог ощутить родную кровь. Но она не слышала меня. Тогда я со злости сказала, что пусть сразу выпрыгнет из окна, чем будет мучиться потом. Откуда мне было знать, что она послушается, – зло бросила Аделаида.

Она говорила, как взрослая. Облик белокурой малышки запросто обманывал. Взгляд у призрака был гораздо взрослее.

– Что значит кровь?

– Кровь Надии Герард. Та, что течет в жилах ее потомков. Теперь ты знаешь, – со вздохом добавила Аделаида, – и я могу назвать ее имя. Надия Герард. Но уже слишком поздно.

Воздух стал нестерпимо густым, и каждый вздох обжигал легкие, словно Лили глотала холодный гель. Она шагнула к девочке, стремясь скорее узнать правду, но любой шаг давался с трудом. Лили двигалась как инвалид, она была парализована страхом.

– О чем ты? Почему поздно?

– Она поглотила Аврору. И проклятье исполнится. Ты не найдешь здесь статуэтку, если искала ее. – Аделаида устало махнула рукой в сторону вскрытого комода. – Кир Маврос спрятал фарфоровую куколку здесь, но Аврора нашла ее раньше тебя.

Слова призрака имели вес. После них поведение Ави на похоронах, ее ненависть и безумные слова приобретали смысл.

– Ты должна была сразу рассказать мне! Почему не показала тайник?

– Как? Надия контролировала каждый мой шаг. Все, что я могла, это предупредить тебя, но ты все равно не ушла, – глаза Аделаиды подернулись туманной зыбью, словно она вот-вот расплачется, если бы могла. – Она убьет тебя. Сто лет назад ты уже помешала ей забрать плату. Больше она не допустит подобной ошибки.

– Стой! – Лили бросилась к девочке, когда увидела, что та стала бледнеть, растворяясь в воздухе. – Не оставляй меня без ответов.

Но Аделаида лишь покачала головой:

– Мне пора. Я слишком долго была хранителем этого дома. Теперь я свободна. А все, что тебе нужно, ты найдешь там.

И Лили успела заметить последний взмах руки девочки в сторону темного угла, покрытого паутиной. Призрак исчез, и на душе повис непонятный ком сожаления. Лилия выдохнула и шагнула вперед. Наклонилась и, прищурившись, увидела старую потрепанную тетрадь пепельного цвета. Лили протянула руку. Пальцы дрожали. Она осторожно взяла тетрадь, смахнула пыль, оголяя черную обложку, и раскрыла ее. Витиеватый мелкий почерк несмело раскрывал на страницах давнюю трагедию, которую он бережно хранил сто лет.

Он скользил, как тень. Никто не замечал его присутствия. Ни слуги, ни хозяева. Поместье будто вымерло, что только играло ему на руку. Он сходил с ума от радости при мысли о задании. Ему доверили меч правосудия. И теперь во имя Просветления он должен нанести сокрушительный удар.

Он прижался к стене и быстро сверился с данными. Все верно. Ее комната совсем близко. И снова засколь-зил по коридорам, безупречно ориентируясь в бесконечных поворотах. При виде двери дыхание перехватило от восторга. Ладонь плавно легла на ручку и надавила вниз. Легкий скрип. Он бесшумно вошел в спальню, прячась под маской, как под мантией-невидимкой. Рыжеволосая девушка стояла возле окна, но, услышав шум, поспешно обернулась. Серые глаза удивленно расширились, и он не удержался от улыбки.

Головы полетят с плеч.

Глава 24. Месть сводит с ума

Русамия. Велидар. 1859 год

Поместье князя Орфелиуса померкло в предрассветных сумерках. Гости давно разъехались, и от былого торжества осталась лишь утоптанная дорожка, ведущая к центральным дверям. Луна неохотно освещала мертвые окна особняка и неспешно клонилась к горизонту, чтобы через пару часов уступить место дневному светилу. Кир и Август спешились с лошадей и привязали поводья к низкой оградке, которая тянулась вдоль покрытых снегом цветов.

– Кажется, нас не ждут. Ты уверен, что это именно здесь? – Август плотнее запахнул зимний плащ и подул на замерзшие пальцы.

– Князь Орфелиус – Глава Секты. В записке указывали именно на это место, я уверен. Иначе все теряет смысл, – Кир прижал к себе обмотанную тканью статуэтку и уверенно направился к дверям. – Неужели ты думал, что нас будут ждать с фанфарами? Секта никогда не светится лишний раз.

– Я знаю, но было бы не лишним позвать остальных мятежников на помощь.

– Хватит того, что я взял тебя. Орфелиус не дурак. Он не запустит целую армию в свой дом. – И Кир схватился за круглую ручку-молоток с львиной пастью. В ночной тишине глухо прозвучал стук.

Они замерли в ожидании. Сначала Кир слышал только свое прерывистое дыхание и хриплый кашель Августа, но потом в глубине поместья раздались тихие шаги.

– Кто там? – раздался за дверью голос.

– Граф Маврос и капитан Нагаев. Мы получили приглашение от князя Орфелиуса, – он брезгливо выплюнул слова.

Дверь незамедлительно открылась, приглашая их войти в тускло освещенный холл. Возле входа стоял сектант в сером балахоне, скрывая лживые глаза за маской.

– Вас ждали позже. – Его губы едва шевелились.

– Приглашение князя было весьма заманчиво.

Сектант только хмыкнул в ответ на иронию Кира:

– Сдайте оружие, – и протянул руку.