Одна из самых забавных историй, связанных с трублением в шофар у Стены Плача связана с известным иерусалимским раввином Мойше Сегалем. В Судный День он приносил к Стене Плача шофар и, когда наступало время трубления, демонстративно доставал его на глазах британских солдат, и те немедленно бросались его арестовывать. При этом они не подозревали, что на самом деле рав Сегаль… вообще не умел трубить в шофар: его целью было отвлечь на себя внимание англичан, чтобы в это время стоявший на другом конце Стены Плача человек смог спокойно исполнить заповедь трубления.

Тем временем часы истории уже завершали свой двухтысячелетний круг и приближались к 1948 году – году возрождения Государства Израиль.

“Зачем нам страна без Иерусалима?”

В конце августа 1947 года особая комиссия Генеральной Ассамблеи ООН предложила свой план раздела Палестины на два государства – еврейское и арабское – с оставлением Иерусалима и Вифлеема под международным контролем.

Карта раздела сильно напоминала шахматную доску, на которой белые и черные клетки означали, соответственно, территорию еврейского и арабского государства. Каким образом с такими границами можно было этими государствами управлять, было совершенно непонятно. Арабский мир эту карту, как и сам план раздела Палестины решительно отверг.

Лидер израильских ревизионистов Менахем Бегин неожиданно согласился с арабами, заявив, что евреям не нужно государство без Иерусалима, Хеврона и Вифлеема – без этих трех колыбелей нации. Однако лидер Объединенного профсоюза, то есть фактический глава всех еврейских учреждений в Палестине Давид Бен-Гурион столь же неожиданно этот план принял. Бен-Гурион был убежден, что лучше синица в руках, чем журавль в небе – евреи должны взять то, что им дают. Когда один из близких друзей Бен-Гуриона с глазу на глаз спросил его, неужели он и в самом деле считает, что еврейское государство может существовать без Иерусалима, убежденный атеист и циник Давид Бен-Гурион заявил, что это уже не его проблема, а Господа Бога – если Тот, посчитает, что евреям следует вернуть Иерусалим, Он как-нибудь уладит и этот вопрос.

23 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН, благодаря мощной поддержке Советского Союза, 33 голосами против 13 утвердила решение о разделе Палестины и о том, что до 1 августа 1948 года английские войска и администрация должны оставить ее территорию.

Арабский мир вновь подтвердил, что не принимает эту резолюции и намерен отстоять свое право на Палестину силой оружия. И уже на следующий день арабы, по сути дела, развязали войну против евреев, нападая на них всюду, где только можно – на заводах, на полях, на дорогах.

В марте 1948 года Иерусалим оказался в блокаде – арабы перерезали все ведущие к нему дороги. В городе начался голод; в еврейских кварталах гремели взрывы, устраиваемые арабскими террористами и присоединившимися к ним антисемитски настроенными британскими солдатами и офицерами.

14 мая 1948 года, за день до того, как англичане собирались окончательно покинуть Палестину, Давид Бен-Гурион зачитал в тель-авивском музее Декларацию о Независимости Израиля. В ночь на 15 мая армии Египта, Ливана, Сирии, Ирака и Иордании с разных сторон двинули свои войска против новорожденного, или, точнее, возрожденного еврейского государства.

Если в северной части Западной Палестины ливанцам, сирийцам и иракцам не удалось добиться особых успехов, то египетская армия и, особенно, Иорданский легион, которым командовал блестящий английский офицер Джордж Глабб сумели добиться весомых успехов на южном и восточном фронтах.

Никто в мире уже не вспоминал о том, что Иерусалим должен остаться под международным контролем. Теперь, когда война уже была развязана, международному сообществу оставалось лишь завороженно следить за тем, как разворачиваются события вокруг населенных пунктов, названия которых были хорошо знакомы каждому, кто хоть раз в жизни прочел Библию – Назарета, Беэр-Шевы, Вифлеема, Сихема, Гилеада. Почти все в мире ощущали, что речь идет не просто о военном, а о метафизическом столкновении, в котором проверяется истинность откровений пророков всех трех мировых религий.

И, само собой, взгляды всего мира были прикованы к Иерусалиму, к еврейскому кварталу Старого города, где горстка еврейских бойцов отражала атаки в десятки раз превосходящих их по численности, не говоря уже о вооружении бойцов Иорданского легиона. Несмотря на то, что немногочисленным еврейским отрядам дважды удавалось прорываться в Старый город на помощь его защитникам, силы были слишком неравны, и 28 мая 1948 года защитники Еврейского квартала вынуждены были сдаться в плен.

Оставлены были и еврейские населенные пункты, лежащие севернее Иерусалима. Вслед за этим иорданцы заняли Латрун, и перерезали шоссе Тель-Авив-Иерусалим. Отрезан был также и водопровод, доставлявший в город воду из прибрежной равнины.

Теперь и все остальные еврейские кварталы Иерусалима оказались в блокаде. Вода и продукты их жителям выдавались в самых ограниченных количествах.