Читаем Тайны Евразии полностью

О том я неоднократно писал в предыдущих работах. Сейчас же попытаюсь ответить на совершенно другой вопрос: почему эпохальное событие в истории Земли – возникновение рода людского – произошло не в ласкающих негой и изобилием тропиках, а в суровых условиях Сибири? Впрочем, в те невообразимо далекие времена климат вряд ли был столь же суровым, как теперь. Тем не менее сакраментальный вопрос остается: почему? Мочанов сразу же почувствовал, что здесь явно что-то не так, что здесь есть какая-то аномалия, какой-то непонятный пока скачок, выходящий за рамки общей линии биологической эволюции и антропогенеза. Ученый даже нащупал направление, двигаясь по которому можно было бы легко ответить на поставленный вопрос. Но не ответил. Свою выдающуюся монографию «Древнейший палеолит Диринга и проблема внетропической прародины человечества», изданную в Новосибирске в 1992 году, сибирский археолог заканчивает так:

« Разум появляется на планете Земля, после почти четырехмиллиардной эволюции органического мира, внезапно и, как свидетельствуют древнейшие орудия человека в Африке и Северной Азии, в развитом виде ». [Выделено мной. – В. Д. ]

Развернуть заявленный тезис и объяснить причины данного сверхэпохального феномена Ю.А. Мочанов пообещал в следующей книге, специально посвященной происхождению разума, которая, к сожалению, так и не вышла. Тем не менее ответ напрашивается сам собой. И находится он в плоскости идей русского космизма, конкретизированных применительно к историческому процессу во всех его многогранных аспектах в учении о пассионарности Л.Н. Гумилева.

По Гумилеву, избыток биохимической энергии живого вещества, позволяющий преодолеть инстинкт самосохранения и приводящий к физиологическому, психическому и социальному сверхнапряжению, представляет собой пассионарность (от латинского слова passio  – «страсть»), а люди, наделенные соответствующим энергетическим зарядом и обладающие повышенной тягой к действию, являются пассионариями. Данный термин не является неологизмом, придуманным Гумилевым: хорошо известно, например, что во время гражданской войны в Испании одна из руководителей антифашистского сопротивления – Долорес Ибаррури – носила партийный псевдоним Пассионария («страстная»). Лично мне даже представляется, что в России термин, предложенный Гумилевым, прижился так легко и быстро именно из-за былой популярности среди людей всех возрастов личности испанской коммунистки.

Пассионарии, когда в их поле притяжения оказываются массы людей, становятся главными двигателями истории:

«…Что же происходит в случае, если пассионарное напряжение выше инстинктивного? Тогда появляются конкистадоры и землепроходцы, поэты и ересиархи или, наконец, инициативные фигуры вроде Цезаря и Наполеона. Как правило, таких людей немного, но их энергия позволяет им развивать и стимулировать активную деятельность, фиксируемую везде, где есть история. Сравнительное изучение напряженности и массовости событий дает определение величины пассионарного напряжения в первом приближении».