Читаем Тайник абвера полностью

Натянув на голову черный берет, Коган посмотрел на себя в зеркало. Вполне подходящий образ, решил он. Неброско. Главное, чтобы глазу постороннего человека не за что было зацепиться. Старый свитер с вытянутым воротом и мятый выгоревший плащ дополняли гардероб. На всякий случай оперативник сунул в карман пистолет.

На улицах недавно освобожденного города было пустынно. Слишком мало населения осталось в Пскове, слишком много разрушенных домов, нерасчищенных улиц. Предприятия еще не работали, их еще только предстояло восстанавливать.

Коган шел по улице медленно, делая вид, что что-то ищет. Он часто останавливался, смотрел на дома и при этом незаметно проверялся. Вряд ли за ним кто-то устроит слежку, но все может быть. Группа уже достаточно засветилась в городе, при желании можно было свободно узнать оперативников, прибывших из Москвы.

Можно было действовать иначе, но Шелестов, да и сам Платов решили в начале операции, что от военной формы будет больше пользы, чем от гражданской одежды. Пришлось бы постоянно предъявлять документы военным патрулям и милиции. А зачастую именно офицерская форма могла помочь, когда пришлось бы оперативно принимать срочные меры к поимке врага.

Два подходящих места Коган запомнил еще в предыдущий день. В одном случае это был проход мимо жилого дома в соседний переулок, а во втором – развалины, минуя которые тоже можно было выйти на другую улицу. И если кто-то за ним следил, то наблюдателя обязательно будет беспокоить, если объект вдруг нырнет в такой проход или в развалины. Но все обошлось. Во двор дома за ним никто не поспешил. Да и в развалинах Коган задержался на несколько минут с таким расчетом, что возможный наблюдатель кинется за ним. И он сделал вид, что зашел в развалины, чтобы справить нужду.

Вот и нужный дом. Мимо проехала военная легковая автомашина. Впереди через перекресток прошли двое мужчин, один из которых катил перед собой тачку. Теперь нужно быть осторожным, нельзя, чтобы кто-то из соседей услышал, что открывается дверь и кто-то входит в пустующую квартиру.

Через черный ход Коган идти не решился. Слишком много там пыли, чтобы умудриться не оставить следов. Так можно и спугнуть врага. Он увидел в подворотне старую метлу, совсем почти лысую, но для его целей сгодится и она.

Возле нужного дома он остановился. Снова проехала машина, и Коган стал изображать, что метет улицу возле дома. Машина исчезла за углом, он подошел к подъезду. Заглянул: тихо, темно, пахнет мочой. Оставив метлу у стены, Борис неслышно подошел к двери и сунул ключ в замочную скважину. Два негромких щелчка, которые в соседних квартирах вряд ли кто-то услышал, и он скользнул в прихожую, тихо прикрыл за собой дверь.

Ну, порядок, теперь можно работать. Оперативник достал из кармана фонарик и медленно, на ощупь прошел внутрь. Было абсолютно темно. Никто светомаскировку не трогал. Окна закрыты плотно, да и в маленькую щель днем свет фонарика снаружи никто не заметит. Он включил фонарик и начал осматриваться.

Здесь все было точно так же, как и после их ухода, когда квартиру вскрывали в присутствии участкового милиционера. Еще раз проверив окна, Коган решился включить электрический свет. Теперь уже не важно, что электрический счетчик начнет крутиться. Для его целей свет очень нужен, ведь искать придется тайники. Старые обои на стенах подсказывали, что именно в стенах под ними тайников быть не может. Тайники могли появиться здесь несколько недель, может быть месяцев, назад, если Косорезов еще в январе выбрался из Ленинграда и стал здесь жить тайком от соседей. Женщина-связник, которая оставляла записку, адрес знала, значит, его тут поселили немцы. Почему тайком от соседей? Ответ прост – чтобы Косорезов мог здесь продолжать жить и после освобождения Пскова Красной Армией. Значит, он причастен к готовившейся абвером акции.

Первым делом Коган осмотрел полы. Краска облупилась, доски рассохлись, но следов тайника, устроенного под полом, не было. Не могло его быть и под старыми довоенными обоями на стенах. Значит, если Косорезов устроил в квартире тайник, он должен быть в мебели, за мебелью или в старой печи, которая оставалась в доме и после того, как тут провели центральное отопление. Но это слишком заметно. Только очень наивный человек будет хранить секреты в таких заметных местах.

И Коган стал методично обыскивать помещения. Сначала он исследовал санузел, выгреб всякий хлам из-под ванной, проверил тумбочки и шкафчики. Залез под самый потолок и просунул руку в чугунный сливной бачок.

Следующей на очереди была кухня. Здесь работы оказалось на порядок больше. Кухонная мебель, стол, шкафчики, посуда. Пришлось проверять каждую банку. Большинство банок были пустые, в некоторых оставалась засохшая и потемневшая крупа.