Читаем Тайник полностью

Мистер Орбисон навестил нас вечером и остался к ужину. Он заявил, что поскольку земля на церковном дворе тверже камня, трудно представить, что будет на холме, где последние несколько недель лежал толстый слой снега. И он не понимает, как может святая церковь иметь что-то общее с местом, где находилось древнее языческое захоронение.

Глаза Алисии торжествующе сверкнули, а улыбка напоминала змеиную. Я больше ничего не посмела сказать.

Наутро, когда Бетси открыла дверь мистеру Уэллборну, по дому пронесся ледяной сквозняк. Все расселись в столовой: он и мистер Аттикус — на противоположных концах стола, Алисия и Адольфус по одну сторону, я и мистер Тротвуд — по другую. Слуги стояли, а мистер Корбетт подкладывал дрова в огонь. В самом начале Августа застали подслушивающим у дверей, и мать приказала ему войти и придержать язык.

Мистер Уэллборн прочитал завещание надтреснутым свистящим голосом. Завещание занимало несколько страниц, но наконец дошло до сути. Алисии было оставлено три тысячи фунтов, некоторые предметы мебели и портрет матери, висящий в спальне моего отца. Несколько сотен фунтов были разделены между слугами. Было внесено пожертвование в Королевское астрономическое общество. Остальное: дом, земли, вещи, деньги, — были завещаны Эстер Уикем, «моей приемной дочери».

Слуги дружно вздохнули, когда мистер Уэллборн отложил бумаги и снял очки. Сьюзен встретилась со мной взглядом и улыбнулась. Клянусь, мистер Корбетт подмигнул мне!

Я глянула на Алисию. Она была спокойна, как летний день перед бурей, но, заметив угрожающие облачка в ее глазах, я содрогнулась от страха.

Мистер Аттикус крякнул и начал речь:

— Миссис Пилкингтон, мистер Пилкингтон, мистер Уэллборн, я вынужден объявить это завещание незаконным.

В комнате стало тихо, как в замерзшем парке.

— Вы утверждаете, сэр, что оно составлено и подписано в прошлом апреле. Но именно в это время мистер Уикем перенес удар, который и послужил причиной смерти, и я придерживаюсь мнения, что он не был в здравом рассудке. Я записал свидетельство его лечащего врача.

— Доктора Брандалла? — вскричал мистер Уэллборн. — Но он один из свидетелей подписания документа.

— Вы увидите, что письмо датировано тридцатым апреля. — Мистер Аттикус поднял листок бумаги. — Это ответ на письмо миссис Пилкингтон, в котором она выражала тревогу за состояние брата. Цитирую: «Я советую вам отложить визит к брату, поскольку он все еще слаб, а иногда путается в мыслях».