Читаем Тайна зеркала 2 полностью

– Ты о чем? – озадаченно уставился на него Толян.

– Да ясно, как Божий день! Он к ней неровно дышит, – многозначительно произнес тот и ухмыльнулся.

– Ты в этом больше всех понимаешь, – презрительно скривился Толян и подтолкнул Алексея к автобусу. – Иди, блин, знаток бабских струн, грузи вещи!

Но перед тем, как присоединиться к товарищу, он еще раз посмотрел вслед уходящей девушке и произнес задумчивое "Гхыммм".

Опечаленная Катя решила тихо посидеть где-нибудь с книжкой. Ей не хотелось беспокоить Бориса Андреевича, по-прежнему оккупировавшему библиотеку, но больше книг взять было негде. Она некоторое время потопталась перед слегка приоткрытой дверью, прикидывая где еще можно взять чтиво, но ничего не придумала и решилась. Бочком проскользнув внутрь и бормоча невнятные извинения, она схватила с полки первый попавшийся том и быстро выскочила. Погруженный в работу Бакчеев-старший даже не заметил ее краткосрочного появления.

Едва Катя вошла к себе в комнату с намерением укутаться в плед и почитать, как с улицы раздались громкие гудки автобуса.

“Поехали,” – поняла девушка и помчалась вниз, чтобы проститься с отъезжающими.

На лестнице её догнал Борис Андреевич, и вместе они поспешили к машине. Маргарита из окна автобуса давала Нонне последние указания по хозяйству; Изольда что-то лихорадочно искала в своей сумочке, причитая что она всё забыла; Семен Степанович сидел с отсутствующим видом, прижимая блокнот к груди; а Люся с недовольным видом молотила ногтями по стеклу. Увидев выскочившего на крыльцо супруга, она сделала благосклонное лицо и соизволила дать поцеловать себя в щечку. Катя чмокнула её с другой стороны, попрощалась с остальными в автобусе и оттащила с дороги Нонну, которая махала рукой уезжающим не обращая внимание на то, что загораживает проезд.

Стоявшие в стороне Толян и Алексей дружно развернулись и удалились к себе. Во дворе Бакчеевской дачи неожиданно стало тихо, пусто и грустно. Борис Андреевич, Катя и Нонна переглянулись и разбрелись по своим делам. Бакчеев быстрым шагом вернулся в библиотеку, которую сделал своим кабинетом; Нонна Павловна свернула на кухню; Катя поднялась наверх.

У себя в комнате она растянулась на кровати, взяла книгу и обнаружила что ей достался второй том Шпенглеровского "Заката Европы".

“Всегда мечтала прочитать… Особенно с середины…” – мрачно хмыкнула Катя, но за другой книгой пойти не решилась и открыла первую главу.

Некоторое время она честно пыталась продраться через рассуждения о разнице растительного и животного и взаимосвязи сущего, но очень быстро завязла в органах космического бытия, а частые упоминания о разуме и чувствах собаки вконец её расстроили.

"Что интересно она там делает, эта собака?" – подумала девушка и выглянула в окно.

Внизу, возле сторожки, опять наблюдалась какая-то подозрительная активность. Катя напрягла зрение. Перед воротами стояли навытяжку Толян и Алексей, напротив них – энергично жестикулирующий Кентавр, а на крыльце развалилась Багира. Катя озадаченно смотрела, как немногословный и выдержанный начальника охраны яростно потрясает руками и подпрыгивает. Зрелище было столь странным, что Катя мигом забыла обо всех огорчениях. Она быстро натянула куртку, выскочила из дома и со всех ног помчалась к сторожке, чтобы узнать, что произошло.

Пока она спускалась по дороге, начальник охраны успел куда-то исчезнуть. Возле сторожки она застала только бледно-зеленого Толяна, хмурого Алексея и довольную Багиру.

– Что случилось? – запыхавшись произнесла девушка.

Толян посмотрел на неё глазами полными муки.

– Ничего не случилось… – выдавил он слабым голосом.

– Проштрафились мы, – мрачно ответил Алексей и добавил: – но мы же не знали!

Оказалось что охранники, не имея никаких специальных указаний, спокойно разрешили уехать толстенькому Петру Антоновичу, который сиял от радости после разговора с найденной тетушкой.

– Мы не знали, что нельзя его было без собаки отпускать, – огорченно повторил Алексей.

Кентавр, не найдя толстенького племянника у Валентины Михайловны, спустился к сторожке и, узнав, что того уже и след простыл, устроил этим двоим знатную головомойку.

– Сказал, что теперь мы сами должны смотреть за собакой, потому что Валентине Михайловне такой подарок на фиг не нужен. Велел мне ехать покупать поводок и намордник, а Толяну – караулить пса, – сурово заключил Алексей, шаря по карманам. – Черт, куда же я дел водительские права?

Катя сочувственно посмотрела на Толяна. Он так явно боялся Багиру, что ей стало его жалко.

– Толик, она же безобидная, щенок совсем… – попыталась убедить его девушка, потом вспомнила про курятник и Маргаритину сумку и поправила себя: – почти совсем безобидная.

– Тебе легко говорить, – горько заметил охранник. – Когда мне было четыре года, меня соседская собака чуть насмерть не загрызла. Знаешь, какие шрамы на всю жизнь остались?

– Где? – заинтересовался Алексей.

– Не твое дело! – рассердился тот и машинально погладил себя по левой ягодице.

– Ааааа… Понятно… – посочувствовал напарник.