Трещина ширилась очень быстро… Вот она разошлась до трех метров, до четырех… Вдруг на лебедке зазвенел звонок телефонного аппарата. Это Рой сигналил из глубины океана. Бедняга и не подозревает, что здесь творится. И помочь нельзя…

Боб глянул на Хьюта. Хьют угрожающе шевельнул дулом пистолета. Боб в отчаянии посмотрел вокруг, но все были заняты, у других лунок, у палаток, спасали имущество экспедиции — трещина прошла возле палаток.

Но вот и мешок с проклятым грузом. Хьют вцепился в мешок, точно ворон в тухлое мясо, и поволок по снегу подальше от трещины. На водолазов он перестал обращать внимание. Они уже не интересовали его.

Предоставленные самим себе, Боб и Джо не знали, что предпринять. Они замерли на краю льдины и с волнением смотрели на лебедку. Вдруг они заметили, что лебедка стала крениться. Вероятно, трос защемило в трещине на Невидимом пике и Рой не может освободить его…

Лебедка, наклонившись над краем льдины, как бы на миг застыла на месте и рухнула в зеленоватую воду. Вверх взлетел фонтан брызг, по спокойной воде полыньи прокатились небольшие волны. И опять все по-прежнему. Слышен лишь шорох льдин, трущихся одна о другую на краю ледяного поля — сжатие продолжалось. К Хьюту бежал от палаток Ленди.

Глава 6. Приступ малярии

Гарри, нажимая на упругие педали, почти не шевелил рулем. Переднее колесо и небольшой клочок шоссе перед глазами представлялись неподвижными. Шоссе было очень широкое. Оно залито асфальтом так ровно, что, глядя на его полотно, трудно было определить, быстро движется машина или медленно. И лишь когда в поле зрения попадались отдельные деревья, километровые столбы на обочине, становилась заметна огромная скорость, с которой он мчался на велосипеде.

Гарри оглянулся. Метрах в пятидесяти позади, пригнув голову к рулю и быстро работая ногами, летел русский велосипедист. На «хвост» русскому наседал зеландец. А еще дальше, образуя примерно километровый разрыв, двигалась плотная стайка велогонщиков — основная группа. Она в это время спускалась по склону холма и видна была, как на ладони. Отдельные гонщики тянулись где-то на вершине холма.

Впереди шоссе опять взбиралось на холм. Как видно, местность здесь вся холмистая: предстоял не то восьмой, не то девятый подъем. Надо нажимать, дорога пошла в гору…

Строкер сильнее сжал ручки руля и «пошел»; он уже не сидел на седле, а стоял на педалях и, вращая их, перекладывал всю тяжесть тела то на одну педаль, то на другую. Руки напряглись — к весу тела прибавилась сила рук, с которой он тянул к себе руль, упираясь ногами в педали. Велосипед завихлял, но все же Гарри на большой скорости поднялся на вершину холма. Опустившись на седло, он помчался вниз. Теперь можно расслабить руки, мускулы поясницы, живота, немного рассеяться, дать отдых глазам. В гонках выигрывает тот, кто заставляет каждый мускул тела, каждый нерв, каждую жилку работать с пользой, так сказать, на полную мощность. Ведь если утомятся глаза, например, то на восстановление силы зрения, зоркости затратится какая-то частица общего запаса энергии тела. Значит, меньше энергии остается для работы мускулов ног…

Он посмотрел по сторонам. Слева взгляду открылась зеленая долина. На одном склоне ее рассыпались домики деревушки. На высоком месте стоял ветряк электродвигателя — Гарри уже немало видал их в этой стране. На краю деревни, возле длинных строений, очень похожих на скотные дворы, высились две круглые силосные башни. В долине зеленели поля кукурузы, картофеля и льна. В самом низу долины, за речкой, извивавшейся среди лоз, трещала тракторная сенокосилка. Вдали, там, куда убегала речка, будто декорация на сцене, стояла зубчатая полоска густо зеленого леса.

Гарри опять оглянулся — русский «наступал на пятки». Нельзя допускать его ближе. Победителем второго этапа многодневных международных гонок должен быть опять он, Гарри Строкер. Иначе Томпсон останется недовольным. К финишу надо прийти первым…

Вот и город. На тротуарах, на мостовых стоят толпы горожан. Мельком Гарри видел радостные лица, слышал дружеские возгласы из толпы, свое имя, название своей страны. В эту минуту он забыл, зачем прибыл сюда, в Советский Союз. И все же…

Вечером радио и газеты всего мира известили о второй победе велогонщика Гарри Строкера, участвовавшего в международном состязании велосипедистов мира. «Гарри Строкер непобедим!» — вопили заокеанские газеты. «Наш Гарри всех оставит позади!», «Слабость русских гонщиков очевидна!» и т. д.

А на другой день вдруг все изменилось: Гарри Строкер, на которого предприимчивые дельцы ставили огромные суммы, не вышел к стартовой черте, хотя все остальные гонщики отправились дальше.