Читаем Тайна соборов полностью

В тигле первоматерия (matière première), подобно Христу, претерпевает мучения и умирает, чтобы потом воскреснуть очищенной, одухотворённой, преображённой. Да и народ, верный хранитель устных преданий, разве не представляет земные испытания человека на языке религиозных притч и герметических уподоблений? Нести свой крест или взойти на Голгофу, пройти через горнило испытаний — обыденные выражения, имеющие одинаковый символический смысл.

Вспомним о привидевшемся Константину Великому во сне светящемся кресте с пророческими словами вокруг. Константин распорядился начертать их на штандарте (labarum): «In hoc signo vinces» (Сим победиши[18]). Вспомним также, братья мои алхимики, что крест несёт следы трёх гвоздей, которыми была умерщвлена плоть Христа, эти следы — символ трёх очищений посредством железа и огня. Поразмышляйте ещё над отрывком из святого Августина, ясно сказавшего в «Опровержении Трифона» («Dialogus cum Tryphone», 40): «Тайна агнца Божьего, которого Бог заповедал принести в жертву на Пасху, заключалась в образе Христа. Верующие украшают Его образом свои жилища, сиречь самих себя. Таким образом, сей агнец, коего закон предписывал зажарить целиком, символизировал крест, на коем Христос должен был принять муки. Ибо прежде чем зажарить, агнца раскладывают в виде креста: один из прутьев проходит через его тело от нижней части до головы, другой — через лопатки, причём у агнца связывают передние ноги (греч. Χείρες, руки)».

Крест — символ очень древний, его использовали во все времена, во всех религиях, все народы, и было бы неверно рассматривать его как сугубо христианскую эмблему — убедительные доказательства тому приводит аббат Ансо[19]. Добавим, что крупные религиозные здания Средневековья с полукруглой или эллиптической апсидой, смыкающейся с клиросом, в плане воспроизводят форму египетского иератического знака анх — креста в виде буквы «Т», увенчанного петлёй, — обозначающего универсальную жизнь, скрытую в вещах. Такой крест можно видеть, например, в музее Сен-Жермен-ан-Ле на христианском саркофаге из арльских склепов в Сен-Онора. Но кроме того, герметический эквивалент знака анх — эмблема Венеры, или Киприды (греч. Κύπρις, нечистое), обычная (vulgaire) медь, каковую иные из авторов, чтобы ещё больше затемнить смысл, нарекают бронзой (airain) или латунью (laiton). «Очисти латунь и сожги свои книги», — в один голос советуют алхимики^XVIII. Κύπρος — то же самое, что Σουφρος, сера, обозначающая удобрение, помёт, навоз, экскременты. «Мудрец обнаружит наш камень даже в навозе, — пишет Космополит⁽²⁵⁾, — невежда же не увидит его и в золоте».

Таким образом, план здания христианской церкви раскрывает свойства первоматерии (rnatière première) и способ её обработки посредством креста (signe de la Croix), что приводит у алхимиков к получению первого камня (première pierre) — краеугольного камня Философов Великого Делания. На этом камне Христос основал свою Церковь, и средневековые масоны символически последовали божественному примеру. Однако, прежде чем обтесать (taillée) камень, дабы он послужил основанием как готического, так и философского здания, неотёсанному, нечистому, материальному и грубому камню придавали образ дьявола.

В соборе Нотр-Дам де Пари, в углу у амвона, рядом с оградой клироса, также имелся подобный иероглиф — морда дьявола с огромной пастью, в которой верующие гасили свои свечи; в результате вся скульптурная группа была запачкана воском и сажей. Народ называл его Мастером Петром Краеугольным (Maistre Pierre du Coignet) — историки недоумевали, что значит это имя. А между тем это первоначальная материя Великого Делания (matière initiale de l’Œuvre), представленная в виде Люцифера (несущего свет, — звезды утренней); она служила символом нашего краеугольного или углового камня (pierre angulaire, la pierre du coin), точнее, госпожи (maistresse) Петры Краеугольной. «Камень, коим пренебрегли строители, — пишет Амиро[20], — стал госпожой угла (maistresse pierre du coin)^a, подпирающим весь остов здания, но и камнем преткновения, камнем соблазна, о который претыкаются себе на погибель». Обтёсывание камня, то есть его обработка, показана на очень красивом старинном барельефе в апсидальном приделе со стороны улицы Клуатр Нотр-Дам.

V