Читаем Тайна России полностью

Ницше знаменит не только кощунственными антихристианскими высказываниями (за которые его любят и нынешние неоязычники) — в этом он многое заимствовал у Гегеля, Фейербаха, Г. Гейне и Б. Бауэра. Однако Ницше не ограничился словами "Бог умер!. С предельной откровенностью он провозгласил также: "Да здравствует сверхчеловек!. Кто явится на земле в последние времена в образе «сверхчеловека», — православные люди знают: антихрист — человек, вмещающий в себя максимально возможную концентрацию зла и ненависти к Богу, выдавая при этом себя за "бога".

Немецкий философ В. Шубарт в книге "Европа и душа Востока" (1938) заключает, что "к этому в конечном счете неудержимо стремилось европейское развитие с XVI века: сделать Бога ненужным… и самому стать богом — вот тайное стремление западного человека… "Если бы боги существовали, как бы я вынес то, что я не бог? Значит, богов нет". В этих словах Ницше выболтал тайну Европы".

Г. Зигмунд тоже пишет, что "Ницше подпал под влияние демонической похоти, ищущей удовлетворения во власти, в мощи и силе и проявляющейся в желании разрушить, растоптать именно то, что до тех пор почиталось неприкосновенным и вызывало глубочайшее почтение… наконец, воспринять как Бога не что иное, как дьявола со всеми его последствиями и выводами, вытекающими из общения с ним". Последние записки Ницше показывают, что он действительно уверовал, что сделался богом Вакхом, что в его руке вся мировая история (он закончил свою жизнь душевнобольным). Таким образом, Ницше осмелился дальше всех пройти по личному пути атеизма, раскрыв его сущность ценою «сверхчеловеческого» эксперимента над самим собой.

Марксизм провел над людьми другой подобный эксперимент — коллективный, охвативший третью часть планеты. Маркс "поставил гегелевскую диалектику с головы на ноги", то есть перенес идейную первопричину бытия с Бога (или "Всемирного духа") — внутрь материи, которую наделил способностью рождать из самой себя смысл в виде «надстройки». Этим была закончена теоретическая задача "убийства Бога" в западной философии. На очередь ставилась необходимость практического создания «нового», атеистического мира. Правда, "старый мир" еще сопротивлялся, но по теории "исторического материализма" он был все равно «обречен» развитием своих производительных сил, поэтому было вполне оправданным ускорить его смерть насильственно.

При этом Маркс обнаруживал те же демонические склонности, что и Ницше. Например, переведем его юношеские стихи "Молитва отчаявшегося (Прометей):

Демонический элемент отразился и в учении Маркса о том, что добро может быть осуществлено через зло…

И здесь вновь отметим историософскую нить, связанную с еврейским вопросом и антихристом. Как писал Бердяев, "Маркс был еврей и в его подсознательном, как в подсознательном всех выдающихся евреев, жило это древнееврейское мессианское сознание. Он оторвался от религиозных корней еврейского народа, потерял веру в Бога, стал материалистом. Но духовный облик человека совсем не определяется его умственными теориями. В глубине Маркс остается евреем, верующим в мессианскую идею, в наступление "царства Божьего на земле", хотя и без Бога уже. Он принадлежит к тем евреям, которые отвергли Христа, не узнали в нем Мессии и ждут мессию в грядущем… Новый мессия явится в силе и славе, осуществит все мессианские надежды, его царство будет царством мира сего… Но… избранный народ Божий, у Маркса есть уже не еврейский народ, а пролетариат" ("Марксизм и религия"). Так что еще и поэтому евреи обильно пошли в революционные ряды — переплавляя "мечту о мессианстве своих дедов и прадедов в новое мессианство — в мечту о социализме", — пишет Г. Аронсон ("Книга о русском еврействе 1860–1917. Н.-Й. 1960).

Показательно, что и у Ленина самые грязные ругательства обращены не к политическим противникам, а к Богу. Например: "всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке… есть невыразимейшая мерзость… самая опасная мерзость, самая гнусная зараза", — отчитывает Ленин Горького за его «богоискательство» и заканчивает словами: "Дьявольски обидно". (Хотя так называемое «богостроительство» в марксистских кругах было попыткой создания некоего материалистического эрзаца религии.)