Затем, достав из кармана своего доломана несколько запечатанных конвертов, лорд Бигген положил их на стол и сказал: — В этих конвертах, господа, вы найдете распоряжения и предписания, относящиеся к каждому из вас! Попрошу вас принять все это во внимание и, основательно прочитав предписания эти, немедленно сжечь и уничтожить. Англия требует ваших трудов, чтобы в последний раз подавить в Египте восстание, которого уже больше не повторится! — конфиденциально заметил Сирдар, и несколько понизив голос, добивал: — Наши транспортные суда уже вышли в море, они везут нам сюда блиндированные башни, которые мы расставим по всей линии реки от Александрии до Фашоды; таким образом мы будем стоять стражами у реки, которая является главнейшим условием жизни в Египте, и если туземцы в чем-либо выкажут нам хоть малейшее сопротивление, то мы своими пушками прогоним их в глубь страны на смерть от голода и жажды. Итак, господа, да живет и процветает наша Старая Англия! England for ever![2]

Присутствующие дружно подхватили этот возглас, который Сирдар произнес стоя, и затем все стали разбирать конверты, лежавшие на столе, и расходиться по домам, чтобы там самостоятельно работать над осуществлением плана Сирдара для уничтожения отважных египетских патриотов, мечтавших о свободе и независимости своей славной родины.

Что же касается Джека, то он аккуратно сложил мешки, служившие ему подстилкой, вернул на место вынутую им плитку паркета и снова вышел на улицу по той же черной лестницей, по которой пришел сюда. Только теперь у него была новая забота: выяснить, кем же является эта таинственная Нилия?

Глава IV

ДЖЕК МЕЧЕТСЯ ИЗ СТОРОНЫ В СТОРОНУ

— Джон и Джек, вы мне нужны оба! — заявил Сирдар молодым людям на другой день после заседания военного совета. — Вы оба, я уверен, безусловно преданы Англии; Джон и Джек Прайс не могут быть безучастны к судьбам своей великой страны, и потому я призвал вас сюда, чтобы доставить вам случай сослужить службу Англии!

— Мы готовы служить ей всеми силами!

— Прекрасно, дело в том, что компания французов собирается отправиться вверх по течению Нила до острова Филэ на дахаби, принадлежащей копту Кедмосу. Я имею основание желать, чтобы за этими французами следили, и это наблюдение над ними я поручаю вам, молодые люди!

Молодые люди молча поклонились.

— Эта дахаби стоит на якоре против дома Кедмоса, на ней — хорошая паровая машина, на случай надобности это небольшое судно снабжено двумя косыми парусами. Оно отправляется отсюда сегодня же и, так как на него принимают пассажиров, то вы должны попасть в их число, изъявив желание в качестве американских туристов — Джона и Джека Лога, приехавших из Нового Орлеана, осмотреть берега Нила и древние достопримечательности Египта. Сколько бы с вас ни потребовали платы за проезд, вы уплатите без разговоров!

При этом лорд Бигген вручил каждому из молодых людей по туго набитому бумажнику, добавив:

— Это вам на путевые расходы. Теперь выслушайте, чего я ожидаю от вас: вы будете наблюдать и следить за всем, что будет происходить на дахаби; каждый вечер это судно по имени «Ялла», что означает «Вперед!», будет приставать к берегу, и во время этих стоянок вы будете сходить на берег. Прогуливаясь, вы незаметно отойдете подальше и будете ждать человека, который, подойдя к вам, произнесет условные слова: «Ночь теплая», на что вы ответите ему: «И звездная»; тогда он скажет вам: «Доброе предзнаменование» — а вы ответите: — «Надеюсь, что так!» — Потрудитесь, господа, записать эти слова сейчас же в свои записные книжки и затем запомнить их. Кто бы ни был тот человек, который обратится к вам с этими словами, вы дадите ему полный отчет обо всем, что видели и слышали и что успели заметить, но все это устно, письменного не должно быть ровно ничего!

Молодые люди снова поклонились.

— Надеюсь, вы поняли меня, — докончил лорд Бигген, — идите, друзья мои, и помните, что от умелого и добросовестного исполнения возложенного на вас поручения зависит очень многое. Главное, будьте осторожны и не дайте заметить этим иностранцам, что вы за ними следите!

Джон и Джек откланялись и, выйдя из приемной залы Сирдара, направились прямо в свои комнаты переодеться в дорожные костюмы и собрать чемоданы. Затем, простившись с почтенной мистрис Прайс, без всяких объяснений покинули резиденцию Сирдара и, миновав близстоящий дворец хедива, по бульвару Марс-Ель-Атика и мимо сада британского посольства и превосходной резиденции Ибрагима-паши и дворца матери хедива, вышли на набережную Кар-Ель-Аин, где стоял грандиозный дом Кедмоса. Широкие гранитные ступени, перерезая роскошный цветник, разбитый террасами, вели от самой террасы дома к водам Нила. У маленькой пристаньки стояла дахаби, на-рядно и кокетливо окрашенная в белое, с пунцовыми бортами и серебряными украшениями; на корме ее развевался трехцветный французский флаг.