Читаем Тайна Мебиуса полностью

Я отправила это письмо, но через несколько дней сама решила лететь в Москву. Мой отец уже давно жил там. Он переехал сразу после смерти моей мамы, которая умерла внезапно, от скоротечного рака. Отец давно звал. Звал и ждал Адриан.

- Ты знаешь, я вижу лес, в который входят как раз со стороны аэропорта Домодедово, где ты приземлишься. Я тебе покажу это место, и мы выйдем с тобой к храму, прекрасному настолько, что я крещусь при полнейшем неверии в больших богов, а также в маленьких боженяток.

Но, черт возьми, перестанет ли снег? А то самолеты не будут летать, и я превращусь в снежного человека - Йети. В таком виде можно идти на службу в ваш музей, - и прибыль обеспечена, - тревожился по телефону Адриан.

"Взамуж убегом"

Организм сам знает, что ему нужно. Мой организм угадывал это безошибочно.

Детство. Свежий запах морозной новогодней елки, точнее, сибирской пихты - там, где я родилась именно это дерево встречается чаще, чем ель. Пихтовые иголки более мягкие, длиннее, чем у ели, и удивительно душистые. И обязательно румяные хрустящие яблоки и солнечные апельсины на фоне густой могучей хвои. Запахи. Букет этих запахов. Очень хочется попробовать на зуб и то, и другое. Такое животное чувство. Безумно вкусно! Вкус детства - хвоя, яблоко, апельсиновая корочка... Все тащишь в детстве в рот.

Звери куда счастливее нас - они не знают, что хорошо, что плохо, их не надо убеждать в том, что они живут, есть. Потому чувства у них острее, острее обоняние, связанное с самыми древними отделами мозга, что у цивилизованного взрослого человека почти полностью атрофировано, а если еще и сохранились остатки древнейших чувств и чувствований, то контролируются рассудком, который все время обманывает. И только в детстве мы близки природе. А потому даже вкус хвои с апельсиновой корочкой нам кажется природным откровением, о котором никто кроме тебя не догадывается...

Белый ангорский кот Луис Адриано Натальеро Кассандреро Пушкьеро Кис-Кис-Кисловский, в быту просто Луиска, взобрался на стол и обгладывал еловую веточку. Теперь это настоящая ель средней полосы. А в кличке кота мы зашифровали имена его родителей, хозяев и московского переулка, где кот обитает. Там обитаю и я. Говорят, когда меняешь место жительства, меняешь и судьбу, особенно если перемещаешься по широте.

Это со мной и произошло. Я вышла замуж. Ехала к отцу, приехала к мужу, который и принес новогоднюю елку с мороза. Счастье: елка, муж, кошки, яблоки, апельсины.

Кошки - мое ИД

Мяукал на лестнице потерявшийся или подброшенный котенок. После того, как погибла моя черная Коська, я больше никого не хотела. Долго пыталась игнорировать плач ребенка. Адриан дразнил:

- Неужели у тебя сердце не дрогнет, и ты даже не посмотришь, кто там? Его, наверное, покормить надо.

Плюнула.

- Заходи.

Она все поняла, зашла и осталась. Умная кошка. Кассандра. Каська. Я назвала ее в честь дочери троянского царя, предсказательницы.

Кассандра подросла и стала требовать мужчину. Я взяла напрокат соседского Умку. У соседки их живет десять.

Почти все мальчики. Дали именно Умку, чтобы он хоть раз испытал, что такое любовь.

Я закрыла "молодоженов" в комнате и ушла на работу. Пусть порезвятся. Адриану оставила записку: "У нас жених. Комнату не открывай, форточки тоже. А то убежит".

Адриан позвонил мне на работу:

- Я ничего не понял, о каком женихе идет речь?

После моих объяснений, что речь идет о кошачьем женихе, Адриан воскликнул:

- Да, но никакого Умки я не обнаружил!

Пришлось отпрашиваться с работы.

Мы суматошно искали кота. Каська что-то скрывала и по-прежнему каталась по полу от женской тоски. Иногда она подбегала к старинному роялю, который тоже был на всю жизнь расстроенный, и шипела под ним.

Умки под роялем мы не обнаружили. Его не было нигде. Только потом мы догадались, что Каськино шипенье относилось к Умке, который запрыгнул снизу в корпус рояля. Там и дрожал.

Потом пригласили Тишку, который тоже семь лет кошек не знал. В первую же ночь он забился ко мне под одеяло, а Каська пыталась его оттуда изъять и нахлестать по щекам.

Такой мужчина нынче несмелый пошел.

После Тишки был дядюшка Сэм, сиам Сомоса Полпотович Пиночет, крутой мужик, гроза всех таганских кошек. Он съел кильку из Каськиной миски, за что был ею зверски бит. Кася восседала как сфинкс на шкафу, когда принесли не менее крутого кота солнцевской группировки с грузинским имечком Гога. Она кокетничала, как могла. Грубый мужлан не оценил ее утонченных стараний и с тупой мордой прямо приступил к привычным для него действиям, за что был тоже бит.