Читаем Тайна мадам Лефевр полностью

– А как вас зовут? Давайте же поспешим. Думаю, красные попугаи понравятся мне больше всех. Можно принести одного домой?

Элоди рассмеялась, жадно впитывая голос сына, по которому так соскучилась.

– Можешь называть меня maman Элоди. Стоит поспешить. Что же до попугая, спроси у maman.

– Можно мне красного попугая, maman?

– Не сегодня, Филипп. Возможно, в следующий раз.

Когда они попрощались с графиней, печально и покорно смотревшей на них, Филипп произнес:

– Maman Элоди, а вы не хотите себе красного попугая?

Элоди подняла глаза на Уилла, и он произнес со стоном:

– Видимо, без птицы с рынка я точно не уйду.

Несколько часов спустя, осмотрев разноцветных птиц и чудом избежав покупки красного попугая, Элоди и Уилл вернули сонного Филиппа и его компаньонов в Hôtel de la Rocherie. Во время прогулки Уилл снисходительно шел следом за Элоди, которая медленно бродила по птичьему рынку, держа за руку сына и отвечая на его многочисленные вопросы. Она купила ему сладости у уличного торговца.

Уже по дороге в гостиницу Элоди бросилась в объятия мужу. Ее переполняли эмоции, хотелось и плакать, и смеяться.

Прижав ее к себе, Уилл спросил:

– К этому ты так стремилась, милая?

– Ах, любовь моя, это было восхитительно! Ангелы улыбнулись мне в тот день, когда ты забрался на мой балкон в Вене! Мне до сих пор с трудом верится, что тебе удалось убедить графиню принять наши условия. Нет-нет, не рассказывай, как тебе это удалось, иначе не усну.

– Дорогая, твоя подозрительность больно ранит меня, – с усмешкой ответил Уилл. – Мне всего-то и потребовалось, что обаяние и сила убеждения.

– Обаяние распутника!

– Распутника, которому ты совсем вскружила голову.

– Нет, это ты вскружил голову мне. – Она восторженно посмотрела на мужа. – Свое назначение, строительство железной дороги ты организовал ради меня? Ведь вы с другом могли бы выбрать любой другой город, а выбрали Париж.

Уилл лишь плечами пожал:

– Именно в Париже хранятся ключи от твоего счастья.

Испытывая благоговейный трепет перед его бескорыстной любовью, Элоди воскликнула:

– Я почти готова простить Сен-Арно за то, что втянул меня в коварный план, в противном случае никогда бы не встретила тебя. Ты снова возродил меня к жизни, достав из пучины отчаяния для меня этот величайший подарок! А теперь ты возвратил мне душу. Как же отплатить тебе за это?

– Хм-м-м, дай-ка подумать, – протянул Уилл, усаживая ее к себе на колени. – Полагаю, ты могла бы подарить мне сына. Ты, Макс, Кэро и даже графиня только и говорите о том, как замечательно иметь детей, я тоже хочу это испытать.

Элоди улыбнулась, осознав, что после возвращения в ее жизнь Филиппа еще одним столь же чудесным событием может стать рождение сына Уилла.

– Я с радостью разделю с тобой это благословение, милый Уилл, супруг мой, жизнь моя.

Обхватив ладонями его лицо, она запечатлела на его губах страстный многообещающий поцелуй.