Читаем Тайна ее сердца полностью

– Да, как комический актер. – Годрик взглянул на жену, и от уголков его глаз побежали мелкие морщинки. – Я знаю, это звучит нелепо, но научиться управлять телом и жестами очень сложно. Особенно мальчику, в душе которого скопилось слишком много гнева…

Мэггс закусила губу, представив потерянного мальчика, отрезанного от семьи, озлобленного и одинокого. Внезапно она ощутила огромную признательность покойному сэру Стэнли. Пусть он и был эксцентричным человеком, но, судя по всему, знал, как обращаться с подростками.

Взгляд Годрика перекочевал на губы Мэггс, а потом на свои зажатые между колен руки.

– Так продолжалось несколько лет. А потом, когда мне исполнилось восемнадцать, мы по разнообразным признакам определили, что сэр Стэнли был Призраком Сент-Джайлза…

– Что? Подожди. – Мэггс выдернула нитку, но ей уже не было никакого дела до того, будет ли на этом месте дырка или нет. – Сэр Стэнли был настоящим Призраком!

– Да. Хотя… – Годрик наклонил голову набок, – мы знали только об одном. Легенда об этом Призраке передавалась из уст в уста на протяжении многих лет. Может, даже столетий. Вполне возможно, что еще раньше кто-то другой надевал по ночам костюм Призрака.

Мэггс слегка приоткрыла рот, представив целую вереницу людей, каждый из которых считал себя настоящим Призраком Сент-Джайлза. Кому такое вообще пришло в голову? Мэггс смотрела на Годрика, и ее мучил еще один вопрос.

– Кто это – мы?

– А… – Годрик выпрямился в кресле, рассеянно потянулся к плечу, а потом вновь уронил руку на колени. – Ты об этом…

Почему он замолчал?

– Да.

Годрик глубоко вздохнул и посмотрел на Мэггс.

– Нас было несколько.

– Несколько… – Глаза Мэггс расширились. – Призраков? Одновременно?

Годрик кивнул:

– К тому времени, как мне исполнилось восемнадцать, к нашим занятиям присоединился еще один мальчик. Он был младше меня, но такой же озлобленный, как и я в свои четырнадцать лет. – Годрик нахмурился. – Даже злее.

– Как его звали?

– Я не могу тебе сказать, – извиняющимся тоном произнес Годрик.

– Что? – возмущенно воскликнула Мэггс. – Почему?

Годрик пожал плечами:

– Потому что это не моя тайна.

Да, Мэггс не могла не согласиться с тем, что со стороны Годрика было весьма благородно сохранить чужую тайну. И тем не менее разочарованию ее не было предела.

– Итак, вас было двое…

Годрик откашлялся.

– Вообще-то трое. Еще один мальчик пришел на мое место.

Глаза Мэггс горели от возбуждения, а в голове роились многочисленные вопросы, наталкивающиеся один на другой.

– Трое? Но…

Годрик поднял руки, призывая к тишине.

– Я знаю, тебе сказали, будто Роджера убил Призрак. Только это неправда. Никто из нас не смог бы убить – да и не убивал – такого хорошего человека, как Роджер.

Мэггс кивнула. Ей тоже не все нравилось в рассказе о смерти возлюбленного. Либо свидетель убийства ошибался…

Либо солгал. Мэггс нахмурилась.

– Мэггс.

Она подняла глаза и встретилась со взглядом мужа. Мэггс продолжит поиски убийцы, но пока Годрик должен закончить свой рассказ.

– Как получилось сразу три Призрака?

Годрик вздохнул.

– Мне кажется, сэр Стэнли наряжался Призраком ради забавы. Он обладал довольно своеобразным чувством юмора. К тому времени, как я закончил Оксфорд, он искал себе преемника. Он очень полюбил жителей района Сент-Джайлз и хотел быть уверенным, что у них всегда будет защитник. Даже когда он станет слишком стар, чтобы изображать Призрака.

Еще несколько вопросов вертелось у Мэггс на языке, но она вынуждена была прикусить щеку, чтобы держать рот закрытым и не прерывать рассказ Годрика.

– Как я уже сказал, я уехал от сэра Стэнли, – продолжал Годрик. – Я помирился с отцом, признав, что вел себя как полный глупец. Я был полон решимости завоевать уважение отца и мачехи. Думаю, сэра Стэнли разочаровало мое решение, но он его понял и принял. К тому же, кроме меня, у него был еще один помощник.

Мэггс пришлось вонзить ногти в ладони, чтобы удержаться от расспросов. Кто был этот второй помощник? Хотел ли Годрик стать Призраком в столь юном возрасте? Знал ли его отец, чему учит сына сэр Стэнли?

Но Годрик заговорил снова:

– Я уехал в Оксфорд, многому там научился, повзрослел, а когда вернулся в Лорелвуд, встретил на балу Клару.

Годрик закрыл глаза.

– Я рассказывал тебе, как все было. Мы были счастливы – очень счастливы – на протяжении целого года. А потом она заболела. Мы переехали в Лондон, чтобы врачи могли почаще ее навещать. Я надеялся, даже молился, чтобы мы смогли найти какое-то чудодейственное лекарство. Надежда не оставляла меня на протяжении полутора лет, но в конце концов я понял, что для моей Клары нет лекарства. Что она умрет от болезни, а я ничего не могу для нее сделать. Только смотреть, как она умирает. – Уголок восхитительных губ Годрика приподнялся, и его лицо исказила гримаса боли. – Я наблюдал, как она угасала, как боль съедает ее изнутри.

Годрик открыл глаза, и Мэггс вновь увидела в них отчаяние. Должно быть, ужасно невыносимо видеть страдания любимой.

Мэггс больше не могла этого выдержать. Она подалась вперед и взяла холодные руки мужа в свои.