— Кто такая Маргарита? — стоял на своем Кемпион, сверля миссис Манси острым взглядом. Сейчас его лицо никто не назвал бы глуповатым.

— Вы не можете обвинить Маргариту, — повторила миссис Манси. — Я сделала фигурку леди, я ее назвала и я ее сожгла.

Без гордости и без раскаяния она произнесла это, и профессор затаил дыхание.

— Фигурка была из глины или из воска?

— Из глины.

Мистер Кемпион этого не слышал, так как все его внимание было поглощено Сэмми, которому он еще и еще раз задавал свой вопрос.

— Мисс Маргарита. Отец работал у нее, когда был жив.

Тут заговорил Пек:

— Прошу прощения, сэр. Это, верно, мисс Маргарита Шэннон, которая держит лошадей. У нас ее зовут миссис Дик.

— Черт! — от неожиданности воскликнул Кемпион.

Глава девятнадцатая

Что дальше?

— Должен вам сказать, это самое замечательное действо, какое я когда-либо видел в жизни, — восхищался профессор по дороге домой. — Конечно, я не должен никому говорить. Это я понимаю. Иначе будут осложнения. Но я назову вас в качестве свидетеля, если соберусь написать книгу воспоминаний. Надеюсь, молодой Пек тоже не проболтается?

Кемпион, казалось, с трудом очнулся от своих мыслей.

— А?.. Ну, да. Конечно. Он будет нем, как могила. Не думаю, чтобы он поверил. А, кроме того, они тут привыкли хранить тайны. Может быть, старый мистер Пек что-нибудь и узнает, но остальные ни-ни.

Несколько минут они шли молча. Уже наступил рассвет. Воздух был чист и прозрачен, и все травинки и листочки сверкали бесчисленными каплями росы.

— Уникальный случай, — не уставал радоваться своей удаче профессор. — Слышали, что она говорила о своем наряде и о фигурке? Люди издавна лепили фигурки своих врагов, чтобы, разбив их, наслать беду на их головы. А ее проклятие? В нем нет ничего инородного. Все, как в старину. Каждое слово символизирует вполне определенное зло. Надо его записать, как только мы доберемся до дома.

Кемпион пожал плечами.

— Вы могли бы противопоставить ему какое-нибудь благословение, если уж на то пошло. А то еще, не дай Бог… Сейчас было бы совсем не вовремя. Мне нужны все ангельские силы для поддержки.

Профессор хитро взглянул на него.

— Как насчет обвинения в адрес леди по фамилии Шэннон? Вы ведь не приняли его всерьез?

Кемпион не ответил. По его лицу было невозможно понять, что он думает, разве лишь оно было немного утомленным, и профессор в задумчивости покачал головой.

— Женщина, подобная миссис Манси, еще и не то может сказать. Вы же сами понимаете. Они живут охотой, а кругом враги и парень совсем ни на что не годен, если хоть кто-то оказывается рядом. Вот его мать и придумала, как ему помочь. Изуверство, конечно, но она лишь вспомнила, чему ее учила ее мать в детстве. Все дело в старинных верованиях. Полузабытые знания возвращаются к ней, и она пытается обратить их себе на пользу. Хозяев она не боится. В лесу никто не сторожит. Ей всего лишь надо попугать других охотников. Любой человек — враг ее Сэмми. Эта деревня — не первая и не последняя, где не любят слабоумных. — Профессор коротко рассмеялся. — Обыкновенная история, которая рассказывает, однако, о первоначальной причине, породившей колдовство. Сильный терроризирует слабого, и слабый ищет способ противостоять сильному. Очень интересно.

— Что с ними будет? — спросил Кемпион.

— Я как раз думаю об этом. Здешний священник очень милый старик. Его фамилия — Пемброук. У нас с ним неплохие отношения, ведь он ученый. Его священнический сан не отгородил его от познания мира. Надо поговорить с ним о Манси. За ними необходимо присматривать. Это будет полезно и для них, и для окружающих их людей. Боже мой! Если бы моя жена видела старуху, она бы, верно, помешалась. Я-то предполагал нечто подобное и все равно…

— Я тоже, — признался Кемпион. — Вот ужас-то. Бедняга Лагг. Еще один такой шок, и он даст зарок не пить. Интересно, зачем миссис Манси понадобилось укладывать тело леди Петвик, как положено лежать покойнице.

— Сработал инстинкт. Эта старуха ведь не думает, она действует согласно своим инстинктам и предрассудкам. Существует старое поверье, если оставить покойника с открытыми глазами, он вечно будет за вами следить. Пожалуй, нам незачем рассказывать обо всем, что мы видели и слышали, — заметил он, открывая калитку в сад.

— Вы правы, — согласился Кемпион. — Я зайду за Пенни и отведу ее домой.

В библиотеке горел шин, и на столе тотчас появилась еда. Бет и Пенни не находили себе места от радости, что все закончилось благополучно, но бледные щеки и испуганные глаза выдавали их волнение.

— Как я рада, что ты опять дома, — воскликнула Бет, целуя отца. — Мы уж думали, что призрак утащил вас обоих с собой. Нашли что-нибудь?

Профессор очень коротко поведал девушкам, что с ними произошло ночью.

— Ничего особенного. Просто одна старуха бродила по ночам и пугала людей, чтобы ее сын мог ставить капканы. Бояться нечего, — заметил он, беря из рук дочери чашку с кофе.

— Миссис Манси? — спросила Пенни.

— Почему вы так решили? — удивился профессор.

— Похоже на нее.