Читаем Тайна булавки полностью

Карвер огляделся по сторонам в надежде увидеть таинственного «человека в черном», но дорога в обоих направлениях была пуста. Однако, приглядевшись внимательнее, он заметил кравшегося вдоль ограды человека и тотчас же бросился в погоню. В ста ярдах от дома дорогу пересекала аллея, в которую и повернул человек в черном. Добежав до поворота, Карвер услышал шум мотора и увидел удалявшийся автомобиль. Раздосадованный, он вернулся в дом. И Линг сидел в комнате мисс Эрдферн, положив голову на руки.

— Как вы себя чувствуете? Расскажите, что произошло.

— Я еще не совсем пришел в себя.

К удивлению Карвера, китаец говорил на прекрасном английском языке, без малейшего акцента. И Линг укоризненно посмотрел на молодую женщину.

— Почему же вы не предупредили меня, что к вам приедут эти господа?..

— Когда я писала вам, И Линг, я не знала, что они приедут.

— Если бы я пришел сюда немного раньше, то увидел бы его, — задумчиво произнес китаец. — Мне кажется, что я все вам испортил, господин Карвер.

— Но разглядели ли вы хоть немного его лицо?

— Увы, нет… но… почувствовал его кулак. — И Линг улыбнулся и потер рукой ушибленную голову. — Мне кажется, что у него не было никакого оружия…

— А лица его вы так и не видели?.. — настаивал Карвер.

— Увы… нет! Мне лишь показалось, что он бородат. Боюсь, что я слишком понадеялся на свои силы, — прибавил он, обращаясь к хозяйке дома. — Во времена студенчества я слыл чемпионом… В то время студенты-китайцы были еще в диковинку…

— Вы учились в университете? — спросил явно удивленный Тэб. — А я думал… — Он в замешательстве замолчал.

— Вы думали, что я из рабочих, не так ли? Я, правда, одно время сильно нуждался… Мисс Эрдферн помнит это тяжелое время… Мы жили тогда с ней в одном доме, и я ей обязан спасением жизни моего сына…

Тэб вспомнил рассказ мисс Эрдферн о том, как она ухаживала за больным китайским мальчиком, когда сама была еще почти ребенком. И многое ему стало понятно…

— Я не думала, что вы приедете сегодня вечером, И Линг, — сказала мисс Эрдферн, как бы прося прощения у китайца. — Вы ведь просили меня известить вас, если у меня будут неприятности…

— Да, я вижу, что только помешал… — с горькой усмешкой заметил китаец. — Вероятно, вы и не подозреваете, мисс Эрдферн, что я уже много лет бдительно слежу за вами… Вот уже семь лет, как я лично или кто-нибудь из моих слуг следит за каждым вашим шагом… Даже когда вы ездили… — Он замолчал и в нерешительности посмотрел на сыщика.

— Даже когда мисс Эрдферн ездила к старику Трэнсмиру, вы дежурили около дома… Вы хотели это сказать, не правда ли, И Линг? Мне это известно. И мисс Эрдферн осведомлена о том, что я знаю об этом…

— Да, именно это я хотел сказать. Обычно я следовал за мисс Эрдферн из театра в отель. Затем из отеля к дому Трэнсмира, и снова — в отель, когда она возвращалась домой.

— Но ведь я не знала, что вы меня охраняли, И Линг! Спасибо вам, вы добрый человек!.. — В глазах молодой женщины показались слезы, и Тэб в душе позавидовал китайцу.

— Доброта — понятие относительное, — заметил китаец, достал папиросу и спросил у хозяйки дома разрешения закурить. Она молча кивнула, и в ловких руках у китайца неизвестно откуда тотчас появилась спичка.

— Разве вы не спасли жизнь моему сыну? А ведь он моя единственная отрада… Вам, как литератору, господин Холланд, это может показаться обычной преувеличенной вежливостью восточного человека, но для меня забота о мисс Эрдферн — святой долг. — Затем, без малейшего предисловия, И Линг рассказал историю своей жизни, не вполне известную и мисс Эрдферн.

— Я приехал в эту страну много лет назад, поначалу работал в китайском ресторане. Теперь я его владелец. Я говорю не о «Золотой крыше», а о маленьком ресторане на Рид-стрит. Быть может, вас удивляет, почему образованный человек занимается таким презренным ремеслом, да еще в чужой стране? Но дело в том, что мне пришлось срочно и почти тайно покинуть родину из-за разного рода политических осложнений… Все это в далеком прошлом… — некоторое время, поглощенный воспоминаниями, он курил молча.

— Дела мои шли хорошо, — продолжал он. — Однажды вечером в мой ресторан зашел Трэнсмир… Я его не сразу узнал. У нас в Китае мы его называли Ши Со. В ту пору это был здоровый, сильный человек, очень жестокий и целеустремленный. Мне достоверно известно, что он подвергал жесточайшим пыткам людей, чтобы выведать, кто и куда спрятал золото, пропавшее с его приисков… Мы разговорились с ним о старине, и он спросил, приносит ли доход затеянное мною дело. Я откровенно ему ответил, что если вести дело умело, можно скопить приличный капитал… Этот разговор и положил начало нашему дальнейшему сотрудничеству… Оно продолжалось до самой его смерти… — И Линг снова надолго замолчал. Все с напряженным вниманием ждали продолжения рассказа.