Читаем Тайна полностью

Ник сердито посмотрел на него:

— Симпатичная молодая женщина с короткими рыжими волосами. С ней была большая коричневая собака…

— А, собака. Конечно, месье, почему вы сразу не и сказали?

Он затушил сигарету и медленно стал протирать стойку мокрой тряпкой.

— Она была здесь, -сказал он.-Ей должны были позвонить. А после разговора она вылетела… пф-ф… как ракета. «К черту отсюда», как говорят в кино, — сказал он, подражая американскому акценту.

— А вы знаете, куда она поехала?

— Откуда мне знать? Я не читаю мыслей. Ник взглянул на Фил.

— Мы можем проверить только одно место. Летний семейный домик в Бонно.

Он положил деньги на стойку, схватил Фил за руку и бросился вон из кафе.

Хозяин посмотрел им вслед. Потом на нетронутое пиво и деньги. Обращаясь к остальным посетителям, он пожал плечами: «Сумасшедшие иностранцы», -потом глотнул пива и вернулся к своему спорту.

Они чуть не пропустили поворот на Бонно-узкую дорогу, ведущую через поля и виноградники и взбирающуюся на холм, где была деревушка. Когда они наконец приехали туда, было уже темно. Узкие мощеные улочки были пусты, средневековые каменные домики закрыты на замки на ночь. Но они нашли пару открытых кафе и галерею, где продавали работы местных художников и мастеров. Владелец ее знал, где жил Джонни Леконте Джонс.

— Да все знают, -сказал он, подозрительно глядя на Ника.-Но он не любил гостей. Ему нужно было одиночество, чтобы творить, и мы уважали его желание. Никто не скажет вам, где жил месье Джонс.

— Но это срочно, -сказала Фил в отчаянии.-Его дочь Мария-Лаура-моя подруга. И моя пациентка. Ей нужна помощь, я приехала из Сан-Франциско, чтобы помочь ей… пожалуйста, месье…

Би сидела на террасе и ждала Брэда. Она уже целый час была здесь, а он все не появлялся. Уже почти совсем стемнело. Живот ее свело, а сердце колотилось при мысли о том, что могло случиться: окровавленные дети, брошенные, застреленные… или лежащие в овраге, как она…

«Боже, -молила она, -только бы он освободил детей, я все сделаю, только бы он не причинил им зла…» Она вспомнила, как Брэд впервые позвонил ей несколько месяцев назад. Она тогда только что вернулась из Франции, с похорон родителей. Она даже не сообщила друзьям, и те не знали о ее приезде. Она медленно распаковывала вещи в пустом тихом доме, когда раздался звонок.

— Здравствуйте, меня зовут Брэд Кейн, -сказал он.-Не знаю, слышали ли вы обо мне, но, мне кажется, я должен вам кое-что объяснить. Извиниться за то, что сделал когда-то мой дед, Арчер Кейн.

Она, конечно же, сразу узнала имя, вспомнила рассказ отца и насторожилась.

— Как вы узнали обо мне?-спросила она встревоженно.

— Я прочел некролог вашего отца в «Нью-Йорк Тайме» и видел фотографию с похорон в журнале. Не могу передать, как я вам сочувствую.

Он говорил так тепло, так искренне, что ей захотелось поверить ему. Все же она спрашивала себя, почему он позвонил сейчас, после стольких лет. Ее отец никогда ничего не хотел получить от Кейнов. «Не трогай лиха, пока оно тихо», -говорил он.

— Слушайте, может, я не вовремя, -неуверенно сказал Брэд. — Я не хотел расстраивать вас.. На самом деле совсем наоборот. Я тут многое узнал из истории моей семьи. Нашей семьи, Мария-Лаура. Ведь мы все же родственники. Между прочим, вы, вероятно, моя единственная живая родственница.

«А вы-мой», -подумала она с удивлением.

— Я должен освободиться от этого, от грехов моего деда. Вот почему мне нужно с вами поговорить. Мария-Лаура, ранчо Канои-одно из самых больших в Америке. И половина его по закону принадлежит вам. Мне бы хотелось, чтобы вы приехали сюда, на Гавайи, и посмотрели его. Увидели, что сотворили деньги вашей бабушки. Я думаю и надеюсь, что она была бы горда этим, несмотря ни на что. И я думаю, что дочери Джонни Леконте это тоже понравится.

— Мой отец никогда не претендовал даже на часть ранчо. Он вообще не хотел, чтобы ему напоминали о прошлом, -сказала она горячо.-Он ненавидел Джека Кейна.

— Я знаю, -печально сказал Брэд.-И не без основания. Но я-не Джек. Я-его сын, и мне приходится жить с этой тяжестью вины на сердце. Пожалуйста, ради меня, как и ради вас самой, Мария-Лаура, позвольте мне принести извинения. Дайте мне возможность освободиться от этого чувства вины. Хотя бы приезжайте и посмотрите ранчо. Может, вы влюбитесь в него с первого взгляда.

Он был таким милым, словно действительно хотел увидеться с ней. Она одинока, а мысль о ранчо на Гавайях была такой соблазнительной. Было бы чудесно увидеть место, где вырос ее отец. Брэд прав: может, они смогут преодолеть это семейное зло. Она забыла о предупреждении своего отца и поехала.