Читаем Тайфун полностью

Кто является самым шумным живым существом на земле? В подводном мире нет ничего громче треска, хруста и щелчков миллиардов креветок. Море, окружающее «Портленд», по звуку напоминало исполинскую машину по приготовлению хрустящей кукурузы. Причудливыми мелодиями бродила вверх и вниз по спектру песнь кита. Пеленгатор показывал, что кит находится справа по борту, но Бам-Бам понимал, что огромное млекопитающее может быть как в одной миле от подлодки, так и в пятидесяти.

Звук распространяется под водой причудливо. Все зависит от трех условий: температуры, солености и глубины. Область теплой воды искривляет звуковые волны подобно линзе, слой пресной воды может их отразить. Как и плотная, ледяная вода на дне глубоководных желобов. Шрамму приходилось иметь дело со всеми тремя составляющими. А также с Ванном.

В левой части экрана появилась новая вертикальная линия. Естественные звуки появлялись и исчезали, подчиняясь случайным законам. Все время здесь, но никакого рисунка нет. А механизмы работают в четком ритме.

Бам-Бам следил, как линия поблекла, затем снова набрала яркость. Один раз, два, три, затем она исчезла совсем. Шрамм снял микрофон.

— Центральный пост, говорит акустик. Возможно, механический источник сигналов, пеленг двести сорок.

— Выведите на громкоговоритель.

Из громкоговорителя системы внутренней связи послышался случайный шелест воды, затем низкочастотное «бум... бум... бум». Шрамм собрался было предложить переключиться на более чувствительную антенну, установленную в носу лодки, но придержал язык. Если Ванну что-нибудь нужно, пусть сам об этом попросит, твою мать.

— Вы можете определить дистанцию до источника звука? — спросил Ванн.

— Скажу только то, что он неблизко.

«Хочешь узнать поточнее? Гадай сам».

— Хорошо, — сказал Ванн. — Рулевой, переложить руль на пять градусов влево. Новый курс двести пятьдесят. Акустик, переключитесь на носовую полусферу и посмотрите, сможем ли мы снова поймать этот звук. Отбой боевой тревоги.

— Переключаю.

Особо чувствительная носовая сферическая антенна начала выдавать на экран поток информации. Внешне антенна походила на огромный сверкающий зеркальный шар, какие в восьмидесятых подвешивали под потолком на дискотеках, но только на самом деле пятнадцатифутовая сфера вместо зеркал была утыкана сотнями двунаправленных гидрофонов пассивного шумопеленгатора и мощными приемопередатчиками активного гидролокатора. Длинный акустический тоннель соединял антенну с люком в передней эллиптической переборке рядом с «козлиным рундуком», старшинской кают-компанией.

Если не забираться в торпедный аппарат, на всем корабле не было такого пугающе замкнутого пространства, как акустический тоннель. Находясь в нем, оказываешься вроде как уже не на борту лодки, но еще и не за ее пределами; а рядом, по стенкам длинной темной трубы, проходят толстые высоковольтные кабели.

Шрамм всмотрелся в дисплей, пытаясь найти на нем графическое изображение странных звуков, которые только что услышал. Пока что он ничего не мог сказать, потому что не имел доказательств, но его не покидало чувство, что русская «ядерная дубинка» осталась жива.

Скавалло лежала на койке, слушая шепот воздуха из маленького вентиляционного отверстия. Услышав ругань Ванна через устройство внутренней связи, она досадливо поморщилась. Командир сам сел в лужу в Кольском заливе, а теперь срывает зло на всех подряд.

Но затем «Портленд» наполнился отголосками странных звуков, раскатистым ворчанием, прерываемым шипением сжатого воздуха и длинными паузами. Молодая женщина ощутила, что корабль начал маневрировать, услышала, как двигатель заработал на полных оборотах, затем успокоился. Подводная лодка за кем-то гонится или от кого-то убегает?

«Отбой боевой тревоги... Отбой боевой тревоги...»

Скавалло встала с койки. В пустынном коридоре было совершенно тихо. Горел яркий свет, температура оставалась постоянной. Молодая женщина услышала за спиной торопливые шаги и обернулась. Это был Уоллес, младший лейтенант из боевой части связи, помощник Бледсоу, к счастью, начисто лишенный злобности своего начальника. Уоллес постоянно носил с собой карманное издание Библии и очень серьезно относился к вопросу «Как бы в этом случае поступил Иисус?»

— В чем дело? — спросила Скавалло.

— Извините, мне надо бежать.

Уоллес даже не остановился, чтобы ответить.

Молодая женщина прошла следом за ним до трапа. Уоллес сбежал вниз на среднюю палубу. Скавалло спустилась до самого конца. Лишь здесь, на нижней палубе, «Портленд» казался наконец не подвалом, а кораблем. Здесь, в самом низу, отчетливо был виден изгибающийся огромной дугой стальной корпус лодки. Всего чуть больше одного дюйма высококачественной стали Эйч-уай-80 отделяло отсек от океана, и не требовалось особого воображения, чтобы представить себе, что находится за ней.