Читаем Тафгай 2 полностью

— Не соблаг не сболага не сговолю. Как то так, Александр Тихонович, — развёл я руки в стороны. — Пойду сегодня в библиотеку, рассказ «Каштанка» надо бы дочитать. Интересно чем там дело всё-таки закончилось.

— Лыжи навострил, предатель, — главный тренер, презрительно махнув рукой, быстрым шагом покинул ресторан.

И тут же за столик плюхнулся администратор нашей команды Дмитрич, полноватый мужчина лет пятидесяти с большой проплешиной на голове.

— Жарко чего-то сегодня, — Дмитрич промокнул платочком все, что было можно на своей голове. — Иван, ты это не спеши пока с «Крыльями». В воскресенье вернёмся в Горький, а в понедельник в часиков так шесть вечера будет встреча с руководством завода. Давай там с директором Иван Иванычем Киселёвым переговорим. Что тебя в «Торпедо» не устраивает?

— Я конечно патриот и города Горького и нашего Автозаводского района, но не идиот, — я грустно улыбнулся. — Загибай пальцы, Михал Дмитрич. В Москве меня ждёт квартира, примерно через год, машина. Борьба за призовое место в чемпионате СССР и возможность заиграть в сборной команде страны. Вон Валерий Васильев из «Динамо» тоже наш горьковчанин, играя в Москве, прославляет и город наш и область. И я так хочу. Ну и последнее, с Прилепским не споёмся.

— Машину и квартиру и мы сможем добыть, — засуетился администратор команды, что-то перебирая в своём потёртом портфеле. Наверное, просто так, на нервной почве. — И всё-таки давай переговорим с директором завода. Не руби с плеча. Смотри, как здорово с молодыми сыгрался, с Ковиным и Скворцовым. А?

— До вторника я всё равно буду в Горьком. От разговоров с директором от меня хоть и не убудет, но и не прибудет, — я пожал плечами.

* * *

Смех смехом, а в библиотеку Череповца я всё-таки решил заглянуть. В номере киснуть было скучно. По городу гулять опасно. А библиотека, она тут стоит рядом с гостиницей «Ленинград», самое безопасное место на данный момент. Сами посудите, кто в здравом уме будет искать хоккеиста-дуболома среди полок с пыльными томами мировой и отечественной литературной классики. И когда моя мощная фигура появилась на втором этаже читального зала, в больших испуганных глазах библиотекарши я прочитал немой вопрос: «Чего тебе надобно дылда?»

«Хорошая баба, грудь колесом, — завёл свою надоевшую мне «дуделку» голос в черепной коробке. — Жаль, одета не по моде».

— Вы хотите что-нибудь почитать? — Удивилась женщина лет сорока, которая действительно была одета в немного устаревший наряд, потёртый жакет и бабушкину блузку в горошек.

— Чтение — вот лучшее учение, — пробубнил я, оглядывая зал.

За ближними столами тихо шуршали страницами несколько пионеров, а за самым дальним столом прятался дедушка «божий одуванчик». «Может быть, мемуары выдумывает», — подумал я.

— Мне бы подписку газеты «Советский спорт» за последние три года, — ответил я библиотекарше. — А то отстал от жизни. Смутно представляю — кто сейчас на спортивном Олимпе в авангарде, а кто в арьергарде?

— Пожалуйста, ваш читательский билет? — Пролепетала библиотекарша.

— Вот, — я вытащил из безразмерного кармана плаща шоколадку «Цирк», где на обёртке балерина в красном платье стояла на лихом скакуне. — Понимаю, что это не совсем читательский билет, но другого документа на сегодня не имею. Да и мне бы вместо томика «Пушкина» полистать здесь подшивку газет.

— Не положено, — женщина как-то разом покраснела и очень глубоко задышала, как будто я предложил какой-то интим.

— Да дай ему, — на выручку библиотекарше бальзаковского возраста пришла шустрая бабушка, которая уже перешагнула этот возрастной рубеж. — Видишь взгляд какой наглючий.

«Да, не отвяжемся», — вдруг вступился за меня голос в голове.

— Вот ещё, — я вынул ещё один «Цирк», который купил так-то для себя.

— Какие газеты листать собрался, чемпион? — Шустрая бабуля отодвинула в сторону свою коллегу и спрятала шоколадв ящике стола.

— Подшивку «Советского спорта» за 68, 69 и 70-й год, — ответил я.

Первое, что меня удивило — это то, что никакой великой тройки нападения, где Харламов феерил вместе с Михайловым и Петровым не было и в помине. В 68 году Михайлов и Петров играли с Александровым, а Валерий Харламов лишь выходил на замену в других сочетаниях. А вот уже в 69 году Михайлов, Петров и Харламов играли вместе и в клубе, и в сборной.

«Если заиграю в «Крыльях» сложнее всего придётся против этой троицы, — подумал я, просматривая статьи об игре сборной СССР в сезоне 1970–1971 года. — Забавно, что чемпионат мира 1971 года в Швейцарии стартовал 19 марта. То есть с таким диким календарём — внутренний чемпионат просто фикция какая-то! Нормальный чемпионат страны если начинается в сентябре, то должен заканчиваться минимум в апреле. Хотя нет, я не прав! Чемпионат мира закончили 3 апреля, а уже 5 апреля продолжился чемпионат СССР. Дурдом!»

А вот две игры чемпионата мира, 24 марта и 1 апреля с чехословаками меня особенно заинтересовали. Потому что в первом матче наши сыграли вничью 3: 3, и там на 43 минуте счёт сравнял Петров с подачи Харламова. А во второй игре чехи нашу сборную вообще обыграли 5: 2.