Читаем Сыскарь из будущего полностью

– Тогда, чтобы полностью изобличить ворога и чтобы он не смог отговориться, я прикинулся иноземцем и сказал убийце, что ловчий видел, как он убил боярина, и что его золотая табакерка теперь у ловчего в доме. Литвин поверил мне и поехал к ловчему, чтобы забрать у него свою вещицу и убить свидетеля. В это время мы с боярином Морозовым Астением Порфирьевичем захватили литвина при видаках на месте исполнения нового убийства. Но мы не дали свершиться греховному деянию и изобличили ворога. Таким образом, государь, нам удалось захватить лазутчика-литвина, которого польский король намеревался использовать в своих коварных замыслах. Связь с ним для сокрытия своих истинных намерений враги держали через ганзейского ювелира Карла Дитриха из Немецкой слободы. Наши недруги надеялись поставить к тебе, государь, постельничим своего человека, чтобы тот имел возможность убить тебя, вызвать в Московском княжестве смуту, а затем на престол московский поставить своего польского ставленника, отдать земли государства нашего во владения польского короля и, таким образом, одолеть нас без войны.

Николай умолк, а царь замер, словно каменная статуя. Он грозно насупился и вонзил свой острый, как шило, взгляд в Николая. Прошла одна минута, другая. Царь не шевелился. Бояре стали осторожно переглядываться, чувствуя, что сегодняшний визит молодого боярина и его крамольные речи могут для него весьма плохо закончиться. Было видно, что друг крестного, думский дьяк Андрей Яковлевич, сильно забеспокоился за Николая. Но наконец царь прервал свое молчание:

– Говоришь, убийство мое враги наши замышляли? – гневно спросил царь. – А где в это время были люди, которые своего государя охранять должны были пуще собственной жизни? Куда дворецкий мой глядел, а Разбойный приказ где был? А, я вас спрашиваю?

Николай молчал. Молчали и бояре, которых царь оглядывал испепеляющим взором. Он вновь посмотрел на молодого боярина и с явным подозрением спросил:

– Ладно, со своими боярами я еще потом поговорю! А как ты сам к немцу-то в доверие сумел пробраться?

– Так мне заморские языки известны и внешний вид свой сменил на такой, как у латиняк. Вот они и приняли меня за путешественника из Парижа, со специальным королевским заданием.

– Путешественник! Он путешественник! – громко рассмеялся царь и вместе с ним стали посмеиваться и бояре. – Больно ловок ты, путешественник! А часом сам ты не засланный ко мне лазутчик?!

Царь резко сменился в лице, наклонился вперед, поближе к жертве. Нос вытянулся, и он стал похож на хищную птицу, готовую кинуться на свою добычу. Его темные глаза насквозь буравили Николая. Царь ждал ответа. Все бояре, присутствовавшие в Грановитой палате, тут же подобрались и стали испуганно глядеть на Николая, но у того на лице не дрогнул ни один мускул.

– Коли был бы засланным человеком, то стремился бы к тебе поближе подобраться, чтобы в доверие к тебе втереться, пост важный занять, а я, как ты видишь, не стремлюсь к этому. Сам на рожон лезу, за ворогами по лесам да пещерам бегаю, будто собственной смерти ищу. Мое дело – государство наше от разбойного люда беречь. Так что защита я государству нашему, а не подлый враг и изменник, – спокойным голосом ответил Николай.

Царь резко выпрямился, обернулся и внимательно оглядел свою свиту, стоящую рядом с его троном, будто бы продолжая выискивать среди них изменника. Затем снова вонзил взгляд в Николая, но внезапно расслабился и с абсолютно серьезным выражением лица произнес, выделяя каждое слово:

– Верю я тебе, боярин, что не враг ты государству нашему! А потому ты и стоишь сейчас передо мною, а не у палача на крюке висишь! Какие языки знаешь, путешественник?

– Франкийский, англицкий и латинский, – без тени волнения ответил Николай.

– Англицкий, говоришь, – задумчиво произнес царь и переглянулся с посольским дьяком.

Немного помолчал и резко выкрикнул: