Читаем Сыны Перуна полностью

Как известно, в чешской песне «Суд Любуши», сохранившейся в списке IX века, упоминаются дески праводатне – законы, записанные на деревянных досках некими письменами. Именно законы ПравоСлавия, поскольку они прямо связаны с Правью (Правдой-Истиной). Законы писались на деревянных дощечках, вероятно, на буковых, поскольку у бука древесина твердая и легко раскалывается на дощечки. Затем ровные дощечки складывались по необходимому размеру, и наносился воск. После этого можно было написать (сварганить) на них любые законы или, если есть необходимость, составить (бук)(вари) и летописи для монахов-христиан. Естественно, что деревянные дощечки с древним славянским алфовитом и письменами давно уже сгнили, но не все, поскольку и о них есть бесспорные свидетельства. Например, арабский путешественник Ибн Эль Недим говорит о существовании славянского докириллического письма и даже приводит в своем трактате рисунок одной надписи, вырезанной на кусочке дерева (знаменитая Недимовская надпись) (23, с. 9). Удивительно, что доказательств существования докириллического письма очень много, и на эту тему есть немало исторических исследований, но об этом молчат современные вузовские учебники. Спрашивается: «Кому это выгодно?» Вероятно, тем, кто хотел бы и дальше заниматься «обрезанием» русской истории и культуры, мечтает приучить славян к мысли, что до христианизации они были дикарями, не имели многотысячелетней истории и ПравоСлавной цивилизации.

Возможно, у кого-нибудь на эту тему возникнет сомнение или желание сказать, что наши критические стрелы направлены мимо цели. Нет сегодня, во времена свободы и гласности, людей, которые бы осмелились не признавать очевидного и снова заниматься любимой процедурой – «обрезанием» истории славян-русов, утверждать, что не было у древних славян не только глубоких ведических знаний или ПравоСлавных законов, но и элементарной письменности. Увы! Есть, и в большом количестве. Например, уже в постперестроечное время Т.В. Рождественская пишет: «Начало письменности у славян связано с процессом градообразования как проявления феодализации Руси… Отсутствие древнерусских текстов до Х века не кажется случайным. Потребность в письменности как системе появляется тогда, когда стабилизируются признаки государства…» (23, с. 10). Как тут не вспомнить В.А. Татищева, который сразу понял, что христианский монах Нестор в своих нападках на «языческую эпоху» не будет одинок. Эту тему подхватят, «обрежут» историю славян-русов по «полной программе», и это «обрезание» сделают официальным «догматом», устраивающим христианскую церковь и государство. И в первую очередь государство, которое давным-давно перестало быть русским и даже славянским как по составу правящей элиты, так и по политическому курсу в области славянской культуры. Нет смысла говорить о таком важном инструменте идеологического воздействия, как телевидение, слишком все очевидно.

Как тут еще раз не вспомнить о чиновниках от образования, которые не рекомендуют сегодня изучать Шлецера, но рекомендуют Шамиля Мунчаева и придерживаются старой традиции «обрезания» русской истории. Однако ирония исторической науки состоит в том, что из-под глыб лжи, из-под обломков много раз переписанной отечественной истории, самым неожиданным образом пробиваются ростки правды. Многовековая славянская заповедь «жить не по лжи» вдохновляет сегодня не только исследователей отечественной истории. Люди ищут правды и нет сомнений, что когда-нибудь Правда-Матушка победит, а в отношении «Иванов не помнящих родства» и отрицающих существование докириллической письменности, в учебниках будут записаны слова великого русского историка В.Н. Татищева: «Другие того дивняе, что сказуют, якобы на Руси до Владимира никакого письма не имели… Подлинно же славяне задолго до Христа и славяно-русы собственно до Владимира письмо имели, в чем нам многие древния писатели свидетельствуют, и, во-первых, что обсче о всех славянах сказуется…» (23, с. 15).

К счастью, в отношении существования у древних славян-русов счетной системы и календарей, у шлецерианцев не было единства. Это было вызвано, вероятно, тем, что Н.М. Карамзин резко разошелся со Шлецером в оценке исторических эпох становления Руси и наличия у славян древней системы счета, включая систему составления календарей. Шлецер утверждал, что «Россия от 862 года до Святополка должна быть названа рождающеюся (Nascens)» (14, с. 39). Однако Н.М. Карамзин был совершенно другого мнения: «Век св. Владимира был уже веком могущества и славы, а не рождения» (14, с. 39).

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика