Читаем Сыновний бунт полностью

— Согласен, — сказал он, — если удобно, то это уже по-городскому! Да иначе и быть не можег… Дома непременно должны быть с удобствами. И вода, и канализация, и водяное отопление… Новые Журавли надо строить не на один день! Поэтому дома должны быть прочные, красивые внешне и удобные для жизни. Это главное! При этом необходимо учесть и здешние каспийские суховеи, и климат, и даже земляные плоские крыши, поросшие бурьяном и сурепкой… И когда я думал, какой же тип дома лучше всего избрать для новых Журавлей, мне показалось, что самое удобное и самое экономичное жилье — двухэтажный дом, блокированный на две, четыре и восемь квартир. — Иван посмотрел на притихшее в темноте собрание, на все так же стоявшую на грузовике Евдокию Сурикову. — Блокированные — значит соединенные… Скажем, двум хозяевам под силу построить дом, и они строят его на две квартиры. Тем же, кому вдвоем такую стройку не поднять, собираются по четыре или восемь хозяев и возводят блокированный дом на четыре или восемь квартир… Это понятно? Важно еще и то, что каждая квартира в таком доме — изолированное жилье, с парадным, с улицы, входом, с крылечкем, с выходом на огород. И располагаются квартиры в двух уровнях: на первом и на втором этажах… Кто-то сказал: нельзя привыкнуть. Уверяю вас, товарищи, привыкнете, и очень быстро… Посмотрите сюда! Перед вами трехкомнатная квартира. — Иван указал на чертеж и обратился к кумовьям из Птичьего: — Вы входите в парадную дверь — вот ваше крылечко. Из небольшой прихожей, где вы снимаете верхнюю одежду, попадаете в комнату, в которой вы и ваша семья бываете только днем. Из прихожей можете войти в кухню-столовую… Тут же в прихожей теплая уборная…

— Вот это да!

— Теперь понятно беспокойство тети Дуси!

— Не зубоскальничай, Андрон! — крикнула Евдокия. — Сурьезиое дело решается, а ты со своими глупыми шуточками…

— Я не шуткую… Точно говорю: это же какое удобство!

— А как быть с теперешними нужниками? — послышался угрюмый голосок. — Куда их?

Хохот прокатился по двору.

— Куда? В музей!

— В комнатах нижнего этажа, — продолжал Иван, — предусмотрена раздвижная стенка. На тот случай, если в семье случится свадьба, крестины или какое гулянье. Стены раздвигаются, и получается одна большая комната — танцуй и веселись!

Голоса не умолкали.

— Хитро! Знать, раздвигай и танцуй!

— Какое гулянье, а то оно и во всем доме не поместится!

— Тогда выкатывайся на улицу.

— Иван Иванович, а какая крыша?

— Сурепка на ней красоваться будет?

— А что такое, Савелий, сурепка? Она службу несет, влагу на крыше поглощает и своими корешками землю крепит, чтоб ветрюга не сдул… Вот оно что такое сурепка!

— Погоди, Петро, о крыше… Давай заглянем на второй этаж… Что нас там поджидает?

— На второй этаж вы поднимаетесь по лестнице. — Сотни глаз следили за движением камышины. — Наверху — две спальни. Будет ванная…

— Слышишь, Евдокия? — крикнул Андрон. — И вода, и ванна, и все прочее… ожидается не жизнь, а…

— Перестань, Андрон, дурачиться!

— В обеих комнатах в стенах шкафы для одежды, — продолжал Иван. — Жилая площадь такой квартиры с кухней-столовой — почти пятьдесят два метра. Планировка двухкомнатных и четырехкомнатных квартир такая же, только соответственно уменьшается или увеличивается жилая площадь. — Иван вытер платком лоб, яркий свет из-под жестяного козырька слепил глаза. — Кто-то спросил о крыше. Очень существенный вопрос. Крыша для журавлинских домов рекомендуется плоская. Она дешево стоит, практична, не боится степных ветров… Вот как она делается. Посмотрите на этот чертеж. Чердачное перекрытие покрывается слоем пергамина, затем кладется спрессованная солома или соломит. Соломы у нас много, и наладить изготовление соломита нетрудно. На соломит кладется толь в три ряда, на гудроне. Сверху все это можно, если пожелаете, покрыть обыкновенным, нарезанным на выгоне дерном. — Иван добродушно улыбнулся. — Так что на крыше может зазеленеть трава и зацвести сурепка… — А что? Такая кровлюшка мне по душе!

— Правильно, Ваня, что не забыл про травку и про сурепку.

— Веселые будут Журавли!

— Пойдут дожди, зазеленеют наши крыши так, что хоть сенокос устраивай!

— Крыша крышей, а какая высота жилища?

— В комнате от пола до потолка — два с половиной метра, — ответил Иван. — Высота двух этажей и крыши — около шести метров.

— Подходяще!

— У тебя, сват, какая высота твоей хатыны?

— Сижу — ничего, а встану — приходится голову нагибать.

— У тебя же саженный рост!

— Товарищи, кто хочет высказаться? — спросил Закамышный. — Или у кого есть вопросы?

— У меня есть! — отозвался все время молчавший Шустов. — Есть вопрос!

— Оппозиция голос подала!

— Считай, пропала вся наша обедня!

— Давай, давай, Шустов!

— У него не вопрос, а возражение!

— Ему не привыкать возражать…

Шустов сидел возле стены, по-горски поджав ноги. Поднялся нехотя, тяжело и, сутуля плечи, подошел к веранде.