Читаем Сын Ветра полностью

— Твёрдой памяти!

— …твёрдой памяти, завещаю после моей смерти…

— Тихо!

— Тишина!

— …не позднее чем в течение трёх дней…

— Да закройте же рты!

— …уведомить всё население Ойкумены без исключения…

— О чём?

— …путем распространения полной, необходимой и исчерпывающей информации в средствах массовой информации…

— Ну вот, опять началось. Шут гороховый…

— Что за информация?

— Зачем обнародовать?

— Мы-то здесь при чём? Я дом хотел…

— Я же говорил, он шутит! А вы: заткнись, Думиса, заткнись…

— Давай, Папа, заканчивай!

* * *

— Ну, ты и дал, — сказал Тумидус. — Они ведь просили: давай! Смеялись…

— Смеялись, — повторил Папа Лусэро.

Он был похож на клоуна после вечернего представления: измотанный, выжатый до капельки, счастливый. Умри вот прямо сейчас — не жалко.

Не страшно.

Ночь висела над побережьем Йала-Маку. Спали курортники в отелях и бунгало. Спал обслуживающий персонал. Спали извозчики в своих аэроколымагах. Всхрапывали: снились клиенты. Спали диспетчеры космопортов, вернувшись с дежурства. Спали женщины-антисы в доме Лусэро Шанвури. Легли, что называется, по́котом, в уверенности, что не заснут до утра. Ошиблись. Спали мужчины-антисы во дворе дома Лусэро Шанвури. Женщин пустили под крышу, а сами легли под открытым небом.

Тумидус лично связался с представителем компании «TEXI» и заказал надувные матрасы с доставкой. Да, триста штук. Даже больше. Сейчас пересчитаю и скажу точно. Да, в дом господина Шанвури. Да, срочно. И посчитайте скидку за опт. Не надо, сказал представитель. Кажется, он проникся моментом. Я пришлю матрасы бесплатно. Вы только разрешите нам пользоваться слоганом: «На матрасах „TEXI“ спят антисы!» Хорошо, согласился Тумидус. И картинку дайте: космос, полный ваших матрасов.

Заказ прибыл в течение часа.

— С утра начнётся, — сказал Тумидус. — Верней, продолжится. Они ведь ещё ничего не поняли. Им только кажется, что они поняли.

— Нам, — поправил Папа. — Нам кажется.

Они сидели на крыльце. Гай Октавиан Тумидус — привалясь спиной к дверному косяку; Лусэро Шанвури — привалясь спиной к Гаю Октавиану Тумидусу. Помпилианец обнимал карлика за тощие цыплячьи плечи. Карлик время от времени кивал, словно с чем-то соглашался. Силы кончились, шея не держала.

— Вам кажется.

— Нам. Ты себя что, вычёркиваешь? Нет, брат, и не надейся.

Тумидус вздохнул:

— Да уж. И не надеюсь.

* * *

— Что?

— Что?!

— Повтори!

— Повторяю: обнародование полной, необходимой и исчерпывающей информации о том, каким именно образом и с какими последствиями…

— Короче!

— …умираем мы, антисы.

— Что?!

— Господин Шанвури, вы в своём уме?!

— Нет, погодите! А каким таким образом мы умираем?

— Да, каким?

— Молодёжь, угомонитесь. Вам слова не давали…

— Нет, я хочу знать!

— И я хочу! Вот так живёшь-живёшь, и нате…

— Придёт время, узнаете.

— Я хочу сейчас!

— И я!

— И мы!

— Баас Шанвури, это провокация. Вы же понимаете…

— Нет, а как мы умираем?!

— …что сталкиваете лбами два поколения? Им ещё рано…

— Рано?

— Поздно!

— …это колоссальный стресс. К нему надо быть готовым…

— Извините, Рахиль! Мы ко всему готовы!

— …повзрослеть, набраться жизненного опыта…

— Готовы! Думиса, ты почему молчишь?

— А я в курса́х…

— Ты уже знаешь?

— Ага. Тот ещё подарочек…

— Знал и не сказал?!

— Не сказал. Ты меня ещё благодарить будешь, что не сказал…

— Своим душеприказчиком, то есть ответственным за выполнение моей последней воли…

— Тихо!

— …я назначаю…

— Да тихо же!

— Гая Октавиана Тумидуса, члена Совета антисов.

— Вот это сюрприз!

— Извини, Вьюха. Извини, Рахиль.

— Гай, вы должны отказаться. Я прав с вероятностью…

— Извини, Самсон.

— Вы откажетесь! Папа нуждается в опеке!

— Извини, Капардин. Нет, я не откажусь.

— Я не ослышался? Вы согласны с этим маразматиком?!

— Я всё исполню в точности.

— Нет, погодите! А как же мы всё-таки умираем?!

— Я сейчас расскажу. Папа устал, пусть отдохнёт.

— Кешаб! Изменник!

— Изменник? Хорошо. Я всё равно расскажу.

— Я требую, чтобы молодёжь немедленно покинула…

— Нет уж! Валяй, Кешаб!

— Валяйте, шри Чайтанья!

— Мы слушаем!

— Нет, я не могу. Извините, пусть лучше Папа…

— Хорошо, пусть я. Я теперь всё могу, мне терять нечего.

— Тихо!

— Итак, однажды Нинки-Нанка, лидер-антис расы Вудун, разослал приглашения на про́воды. В числе прочих явился к Нинки-Нанка молодой глупец Лусэро Шанвури, которого ещё никто не звал Папой…

— Тихо! Папа говорит!

— Нам не слышно! Громче!

— Кешаб! Повторяй за Папой! Чтобы мы слышали…

* * *

— Это было хорошо, — сказал Тумидус. — Лучше, чем предполагалось.

— Думаешь?

— Уверен. Из меня оратор, как фуражка из птичьего дерьма. А ты и так уже хрипел. Кешаб — красавчик. Слово в слово, всё по полочкам. Спокойно, как в аптеке.

— В аптеке? При чём тут аптека?

— Ладно, как в фильме ужасов. Ты видел их лица?

Папа мелко захихикал. Ситуация мало располагала к веселью, но карлик хихикал без умолку, не в силах остановиться.

* * *

— …нет, мы так не договаривались…

— Мы вообще никак не договаривались!

— С кем бы ты договаривался? Со смертью?!

— С ней договоришься…

— Сволочь вы, господин Шанвури. Вы мерзавец…

— А ты его в ангелах числила?!

— Вот так вывернуть на молодёжь…

— …без подготовки…

— По мне хоть с подготовкой, хоть без…