Самое забавное случилось на третий день. Дост заявил суду, что требует оглашения имени истца, так как намерен подать ответный иск. Отказать суд был не вправе, и поэтому на следующий день перед судом предстал истец. Имя его было — Кларк.

Во всем зале только Скарлетт и Дост поняли забавность ситуации. Скарлетт в голос расхохоталась. Судье даже пришлось призвать ее к порядку.

Вкратце суть дела состояла в том, что мистер Кларк представил суду документы, полностью подтверждающие его право на владение Тарой, выданные правительством Америки ровно за две недели до того, как земли были проданы предкам Скарлетт. Документ не оставлял сомнения у суда. Но документы Скарлетт тоже были в полном порядке. В государственных реестрах оба документа были зафиксированы, что в принципе противоречило здравому смыслу. Но вся беда в том, что документ Скарлетт был завизирован властями штата Джорджия, а документ Кларка — правительством Соединенных Штатов. Произошла обыкновенная чиновничья неразбериха. Уже проданная земля была продана еще раз.

Это была версия адвоката Кларка.

Версия защиты строилась на том, что правительство Америки не имело права продавать землю, отданную под юрисдикцию штата. На сей счет был указ президента. Поэтому все документы Кларка становились изначально недействительными, так как были составлены в нарушение закона.

— Более того, род О’Хара владел землей уже многие десятки лет, почему до сих пор никто не оспорил их право? Что-то здесь не так, ваша честь, — говорил Дост. — Впрочем, это не входит в компетенцию данного суда. По этому поводу я готовлюсь подать отдельный иск. Но тем не менее я хотел бы спросить истца, что мешало ему, с его безупречными документами, потребовать свою собственность лет этак сто назад? Я понимаю, что уважаемого мистера Кларка тогда еще не было на свете. Но его дед или прадед, словом, тот, кто получил эту землю от правительства, почему он не приехал в Тару, не построил дом, не вырастил хлопок? Неужели, выложив, если верить документам, довольно крупную сумму за участок, предок мистера Кларка тут же забыл о нем?

— Я протестую, — сказал адвокат Кларка. — Мой клиент не должен отвечать за действия своих предков.

— Но это действительно интересно, — сказал судья. — Может быть, истец пояснит нам?

Кларк пошептался со своим адвокатом и сказал:

— Я ничего не буду пояснять.

Со свойственной ей прямотой Скарлетт в перерыве заседаний подошла к Кларку и сказала:

— Слушайте, мистер, передайте своему высокому покровителю, что он никогда, слышите, никогда не увидит Тару своей. В этой земле покоятся мои дед, отец, мать, мой муж. Это моя земля. Была, есть и будет. А ваш покровитель может рассчитывать только на одно — я его выведу на чистую воду.

По забегавшим глазкам Кларка Скарлетт поняла, что попала в самую точку.

Суд вынес соломоново решение. Поскольку вопрос не входит в юрисдикцию арбитражного суда, передать его в обычный суд и решать как имущественный спор.

Это не была победа, но это не было и поражение.

Все-таки кто-то там, наверху, слишком понадеялся на свои силы…

Аляска

Эйприл сама позвонила к редакцию и попросила к телефону Джона Батлера.

— Я видела вас с Биллом на похоронах, — сказала она. — Я думала, вы поняли, Джон, что я просила вас позвонить.

— Я понял, — ответил Джон.

— Ясно, — после паузы сказала Эйприл. — Простите меня, я больше не буду вас тревожить.

— Нет, ничего, если у вас есть какое-то дело, говорите.

— Не у меня, у отца. Он хочет повидаться с вами.

— Ваш отец?

— Да. Если вы не против, он позвонит вам.

— Не знаю, чем могу быть ему полезен, но если он хочет…

— Да, он действительно хочет.

— Хорошо.

— Насколько я понимаю, с Биллом у вас отношения наладились?

— Разве это касается еще кого-нибудь, кроме меня и его? — грубо ответил Джон.

— Да, простите еще раз. До свидания.

— Прощайте.

Джон повесил трубку и с облегчением вздохнул. Ну вот и все. Эту страницу он перевернул окончательно. Теперь он чист перед Найтом. Теперь он снова может называть его другом. Теперь он может смотреть Найту прямо в глаза.

Так удачно, что этот разговор произошел именно сегодня, потому что завтра они отправляются с Найтом на Аляску.

Найт решил сделать большой репортаж о золотоискателях, об их жизни, работе, развлечениях.

— Если эти ребята ищут золотые жилы, то и нас там ждет нечто подобное. Понимаешь, Бат, чистые человеческие страсти, дикая природа, золото — это же просто находка для репортера, да и для писателя тоже.

К поездке они готовились основательно. Найт купил даже компас, на тот случай, если они вдруг заблудятся в снегах.

Джону тоже хотелось побывать в этом диком краю. Он слышал об Аляске так много диаметрально противоположных суждений, что понимал — истину узнает только сам.

Теперь он служил в газете младшим репортером, а к Найту прикрепили нового посыльного — шустрого негритенка по имени Цезарь Камерон. Секунду подумав, Найт окрестил негритенка Камом, и эта кличка сразу же стала общепризнанной. Негритенок же упорно представлялся Цезарем. Понимал-таки, насколько гордое имя дали ему родители.