Читаем Сын преступника полностью

Большой Индеец, тюремщик, который время от времени выполнял обязанности заместителя Чантри, с револьвером в руках направился к дверям тюрьмы.

— Стой здесь, — сказал ему Борден.

Теперь, если ничего не случится, он будет выглядеть полным идиотом. В конце концов, и Сэкетт, и Бака могли просто торопиться к завтраку. Но почему они приехали специальным поездом?

Он бросил взгляд вдоль улицы. Перед кафе стояли три верховые лошади. Дальше по улице, у мексиканского кафе, еще одна. Перед бакалейной лавкой стояла повозка с товаром. Сейчас уже поздно отгонять ее, остается только надеяться, что лошадям повезет и их не пристрелят.

Ким Бака вышел из переулка и, поколебавшись, подошел к нему.

— Они приближаются, Борд. Мы проехали мимо них. Их девять человек, командуют Монсон и Клэтт.

— Далеко отсюда?

— Да нет. С минуты на минуту должны появиться в городе, если, конечно, наш поезд их не спугнул, в чем я сильно сомневаюсь.

В двух милях от города Монсон остановился, остальные собрались вокруг него.

— Вы, ребята, знаете, что делать. Я, Клэтт и Порни едем прямо к банку. Клондайк, ты свернешь у салуна «Корраль», будешь держать наших лошадей. Все остальные прикрывают прилегающие улицы.

— А если что-то случится?

— У тебя есть револьвер, — сказал Монсон. — Старик больше не главный. Теперь мы с Клэттом покажем всей этой трусливой шайке, как нужно делать дела.

— Хватит! — нетерпеливо бросил Клэтт. — Вперед!

Клондайк неуверенно сказал:

— Монни, а как насчет этого поезда? Мне он совсем не понравился.

— Забудь о нем! Просто подогнали вагон для скота, чтобы перевезти куда-то своих коров. Вперед!

Борден Чантри стоял в дверях своего офиса. Большой Индеец занял место у окна. У банка затаился Хайэт Джонсон, бывший майор кавалерии в войсках конфедератов, а у здания почты — Джордж Блэйзер, некогда снайпер у Шермана, ветеран нескольких сражений с индейцами.

Чантри бросил взгляд на улицу. Трое едут рядом вверх по улице. Еще один свернул за угол салуна — за ним осталось облачко пыли.

— Большой Индеец, — бросил Чантри через плечо, — там один пробирается за «Корралем». Бери его на себя.

Борден Чантри стал у края тротуара.

В нижней части улицы Тайрел Сэкетт, приколовший значок на груди на самом видном месте, вышел из тени дома Маккоя в тот момент, когда двое последних всадников въехали в город. Остальные были как минимум ярдов на пятьдесят впереди и сосредоточенно направлялись к своей цели, к банку.

— Ребята, меня зовут Тайрел Сэкетт, я хотел бы поговорить с вами. Слезайте с лошадей и подходите ко мне. И знаете что? Держите руки так, чтобы я их видел.

Тайрел Сэкетт? Стрелок из Моры?

Денни Динсмор почувствовал в желудке ноющую боль. Какого черта? Сэкетт здесь?

Он заколебался, на лбу у него выступили капли пота. Рядом с ним Клайд Бусси, и Клайд, конечно, отличный, надежный парень, но…

— В чем дело? — недовольно спросил Денни.

Сэкетт резко повторил:

— Слезайте с лошадей и подходите ко мне. Живо!

— Ты хочешь, чтобы мы бросили оружие? — уточнил Денни.

Сэкетт слегка улыбнулся, но Денни совсем не понравилась эта улыбка. И зачем он вообще решил стать грабителем?

— О нет! Держите оружие при себе! Мне не понравится, если про меня будут говорить, что я убил безоружного!

Клайд, похоже, не собирался спорить.

Медленно и осторожно они оба спешились.

Когда трое всадников, въехавших в город первыми, поравнялись с Чантри, он поднял левую руку и сказал:

— Постойте, ребята! Я — Борден Чантри, шериф этого округа, и хотел бы поговорить с вами.

Что-то щелкнуло в мозгу у Монсона. Чантри? Ведь это у него стояли их запасные лошади. Что случилось? Ведь здесь начальником полиции должен быть старик по фамилии Ригинз.

Монсон рассмеялся:

— Извините, мистер шериф, мы торопимся. А вам лучше бросить оружие и идти перед нами. Очень медленно до самого банка. Договорились? — Монсон обернулся в седле и крикнул тем, кто следовал за ними: — Если кто-нибудь высунется на улицу, стреляйте!

Монсон был дерзок и уверен в себе. Никакой шериф захудалого городка не…

Он не заметил, как Чантри вытащил свой револьвер. Только что он угрюмо возвышался перед ними, а его револьвер -лежал в кобуре. Монсон потянулся за своим револьвером, но Чантри, прицеливаясь, сделал шаг в сторону, и Монсону, чтобы в свою очередь прицелиться, пришлось сдвинуть револьвер чуть правее. В этот момент прозвучал выстрел, Монсон тоже выстрелил, но пуля задела шею его собственного коня. Конь рванулся вперед, а Монсон уже падал с седла на землю.

Улицу заполнили грохот выстрелов, вспышки пламени, ржание обезумевших лошадей и запах пороха.

Пробираясь позади салуна «Корраль», Клондайк услышал звуки выстрелов, увидел, как Монсон рухнул на землю, а его лошадь рванулась вперед по улице. Кто-то стрелял со стороны банка, а какой-то человек у почты, стоя на одном колене, целился из снайперской винтовки. Очень неподходящее место для человека, который хочет провести остаток дней своих, греясь на солнышке. Клондайк пришпорил коня и поспешил под укрытие амбара, за которым уже расстилалась безлюдная степь.