Читаем Своя гавань полностью

Верный своему слову Джеймс настрого запретил прислуге будить миссис Эшби. Что бы ни случилось. А сам отправился к упомянутому оружейнику. Он уже догадался, какого рода сюрприз приготовил Влад. Чего ещё ждать от пришельца из будущих времён, если не какого-нибудь головоломного новшества? Потому он ни капельки не удивился, увидев в мастерской ещё и Мартина. Немец уже успел прославиться, разумеется, в узких кругах, как изобретатель «белого пороха» и «электрической машины». По сути, он и несколько его помощников были самыми охраняемыми персонами Сен-Доменга. Даже корабельных мастеров, строивших суда новой конструкции, оберегали не так тщательно, как этого германца. При нём и в мастерской сейчас находились двое вооружённых до зубов индейцев. Насколько Джеймс разбирался в типажах туземцев, это были не старые друзья пиратов из берегового племени москито, а юкатанские майя, имевшие репутацию не только отличных воинов, но и прекрасных телохранителей. Индейцы двумя бронзовыми статуями застыли за спиной «охраняемой персоны», а Мартин в свою очередь не обращал на них ни малейшего внимания. Влад же о чём-то оживлённо спорил с месье Ламбре. Мастер из Тулона, всего полгода назад перебравшийся в Сен-Доменг, съехал к пиратам вовсе не от безысходности, как многие поселенцы. Это был один из лучших оружейников Франции, которого удалось сманить за море, посулив большие деньги. Более того: это был учитель Пьера Бертье, старшего канонира пиратского флота и изобретателя знаменитых нарезных пушек. А Пьер клялся, что по сравнению с мастером Ламбре он просто салага. Этот крепкий старик по приезде на остров тут же взял к себе троих учеников, и работа закипела. Но сейчас учеников в мастерской видно не было: мастер отослал. Потому что дело, с которым к нему явился капитан Вальдемар, не терпело лишних глаз и ушей.

— О, привет, Джеймс! — Влад, едва завидев «родственника», явно обрадовался. — Как там Галя?

— Я велел не будить её, — сухо ответил Эшби. И тут же решил сменить тему. — Насколько я понимаю, речь идёт о чём-то новеньком из разряда лёгкого огнестрельного оружия?

— Кому лёгкое, а кому над ним с весны голову ломать пришлось, — крякнул старый мастер. — Но будь я проклят, если эта штучка не наделает шума во всём мире!

В ответ на вопросительный взгляд Джеймса Влад извлёк из длинного плоского ящика ружьё. На первый взгляд как будто мало отличавшееся от обычного буканьерского ружья, имевшего большую популярность среди здешних охотников и пиратов. Но только на первый взгляд. Ибо на второй Джеймс заметил некоторые конструкционные отличия. Для начала, у этого ружья не было пороховой полки. Во-вторых, уж очень странным выглядело крепление ствола, более короткого, чем обычно. И в-третьих, Джеймс подозревал, что самое интересное, как всегда, кроется внутри. Недаром же сюда явился Мартин.

— Восемь ружей испортил — восемь! — пока не вышла вот эта красавица, — мастер продолжал нахваливать своё творение. — Механизм впору часовщикам заказывать. Зато когда я увидел её в деле — о да, месье — это было нечто потрясающее! Желаете убедиться? Прошу!

Слова сыпались из старого оружейника как горох из дырявого мешка. «Истинный француз», — не без иронии подумал Джеймс. Но когда мастер вывел всю компанию на просторный двор, обнесенный каменной стеной, вся его словоохотливость куда-то испарилась. У дальней стены, шагах в пятидесяти, на бочках были расставлены разнокалиберные бутылки. Ламбре взял у Влада ружьё, и… переломил его пополам. Джеймс опешил. А затем понял, в чём дело: ствол не был намертво укреплён на цевье приклада! И ружьё это, как новые пушки, заряжалось с казны! Эшби заметил, как мастер всунул в ствол какой-то цилиндрик, показавшийся ему бумажным.

— Патрон склеен из самой плотной бумаги,[10] свёрнутой в три слоя, — мастер подтвердил его догадку. — Внутри — заряд белого пороха, запал из… как её там… гремучей ртути,[11] медное донце, пыж и обычная свинцовая пуля. Есть ещё с картечным зарядом, но эти я вам здесь показывать не стану — изрешетят стену ко всем чертям. Кладём его в эту адскую машинку с казны, чтобы донце аккуратно улеглось в кольцевой паз, возвращаем ствол в исходное положение, защёлкиваем замок… — Все эти пояснения француз сопровождал соответствующими манипуляциями. — Теперь остаётся самое простое — взвести курок, прицелиться и… Чёрт, до сих пор не привыкну!

Нестандартное ружьецо хлопнуло выстрелом. Вроде бы не очень громко, но мэтр Ламбре чертыхнулся, потирая ушибленное плечо. Одна из целей-бутылок разлетелась вдребезги, а на стене за ней появилась изрядная выбоина. Мастер тут же быстро «переломил» ружьё, вытряхнул наземь дымящийся цилиндрик с медным кругляшком на донце, вставил новый заряд, «закрыл», взвёл курок — и снова выстрелил!

— От шести до восьми выстрелов в минуту! — не без гордости произнёс Влад, бесцеремонно пихнув Джеймса в бок. — Обычный гладкоствол, из буканьерского ружья по накатанной технологии за неделю переделать можно. Ты представляешь, как теперь будет выглядеть ближний бой?