Читаем Связной полностью

– Жулик! Я все Александру Палычу расскажу!

– Пиши. Пиши двойка. Аллах все видит. Пиши что хочешь.

Дина записала и взяла кубики.

У КОСТИ. ДЕНЬ

Алик вошел в комнату, кивнул, сел на низкую табуретку. Костя смотрел в сторону, все молчали. Алик достал сигарету, помял.

– Не курим здесь, Алик, – тихо сказал кто-то.

Он сунул сигарету обратно в пачку, спрятал в карман.

– А ты зачем пришел-то? – без интереса спросил Костя. – Ты деньги принес? – Костя повернулся, чтобы поискать глазами чемоданчик.

– Костя, ты мне одно скажи. Ты мне веришь или ментам?

– Я верю, что за кассу кто-то ответить должен.

– Если хочешь слышать, слушай, – побелел Алик. – Я кассу не брал, клянусь ребенком! И не ты меня за нее спросишь!

Костя сдержанно выразил удивление, как бы подчеркивая опасную несдержанность собеседника.

– Я к тебе сам пришел, Костя. Ты же не пес, а я не волк. Ребенка оставь. Я от тебя бегать не буду.

– А ты мне и не нужен. Мне деньги нужны. А стоит твой ребенок теперь два лимона.

Алик затих, наконец произнес:

– Нету у меня. Сейчас…

– Ну, будешь по частям выплачивать. По сотке за палец.

Костя встал, встали Алик и остальные. Все вышли. Комната опустела.

ПУСТЫРЬ. УТРО

…Утро. На большой пустырь за гаражами выезжает джип и останавливается посередине. Двигатель заглушается. Слышны гудки тонального набора.

–Да.

– Скажи Косте, на месте я, – говорит Алик безжизненным голосом.

– Все привез?

–Да.

Через некоторое время с противоположной стороны медленно подъезжает другой джип и останавливается рядом. С минуту ничего не происходит. Наконец тонированное стекло подъехавшей машины опускается, и человек с нервным лицом, который дежурил у Алика во дворе, напряженно вглядывается в затемненный салон джипа. Проходит еще секунд пятнадцать.

Неожиданно он высовывает автомат и, спрятав голову, начинает палить без остановки. Открывается задняя дверь, и к нему присоединяется второй. Вылетают стекла, машина раскачивается, оседает, наконец стрельба прекращается. Оба выходят. Второй дает еще короткую очередь спереди. Они осторожно обходят расстрелянную машину и заглядывают внутрь. Салон пуст. Но мы видим, что задняя дверь чуть приоткрыта, а внизу, под машиной, кажется, кто-то есть… В эту же секунду раздаются выстрелы откуда-то снизу, по ногам. Оба падают как подкошенные, один, схватившись за раздробленную ступню, начинает истошно, по-бабьи, орать, другой, быстро извиваясь, уползает в сторону. Раздаются еще выстрелы, крик обрывается, и все стихает. Из-под своей машины, отряхиваясь от масла и осколков стекла, вылезает Алик. Он осматривается, открывает изрешеченную дверь, забирает у себя из бардачка какие-то мелочи, диски и кассеты. Потом быстро садится в другой джип и уезжает.

ДВОР ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Игра шла уже долго, у Дины монеток лежало сильно больше, Сейфуллин нервничал и ругался вполголоса по-татарски. Света сидела в сторонке, смотрела на склон холма, на развалины рыбзавода, на дорогу. Собака примостилась рядом.

– Свет, а ты чего делать будешь потом?

– В смысле? – не поняла Света.

– Ну, когда домой вернемся.

– Не знаю. Тренироваться… А ты?

– Не знаю. Может, поеду куда-нибудь. В Австрию. Или еще куда-нибудь…

Света промолчала.

– Давай уедем, – как-то серьезно предложила Дина.

Света подумала немного.

– А куда?

– Да хоть в ту же Индию.

Сейфуллин поплевал на кулачок и выпустил кубики. Результат был неважный.

– Денег заработаем. И поедем, вдвоем. Там, кстати, трудных подростков в тибетские монастыри принимают.

– Во-первых, это в Китае…

Сейфуллин бросил кости в третий раз, застонал и схватился за голову. Дина скрупулезно посчитала очки и стала записывать.

Света думала о своем, гладила пса. Вдруг он вскочил с места и бросился вниз. Света подождала, потом поднялась, чтобы посмотреть. С другой стороны дома она увидела подъехавший джип. Света попятилась, услышала только лай и прервавший его выстрел. Старик вздрогнул, будто его подбросило, и метнулся туда.

НА ДОРОГЕ У ДОМА ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Снизу двора не было видно, они начали подниматься по тропинке. Фигурка Сейфуллина показалась на секунду, бестолково помахала руками, снова исчезла. Ребята продолжали подъем.

С заднего сиденья, безумно кося заплывшим глазом, сползла Зоя. Рот у нее был заклеен скотчем, руки связаны, она выпала наружу и сначала тихо поползла, а потом изо всех сил кинулась бежать. Тут же споткнулась и упала плашмя, но снова проворно поднялась и припустила дальше.

ДВОР ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Сейфуллин как безумный носился по двору с невнятными проклятиями. Сначала бросился в дом, потом вылетел оттуда, сшибая корзинки и горшки, ворвался в сарай. Причитая, он выбрался с каким-то свертком, стал срывать с него тряпки, пока не обнаружилось ружье. Высыпались патроны, сколько-то он подобрал и на ходу загнал в затвор.

Света с Диной держались за руки и стояли, окаменев. Бежать было некуда.

Сейфуллин залег у изгороди, прицелился и отчаянно крикнул:

– Аллах акбар!

Грохнул выстрел дуплетом, мощной отдачей щуплого старика отшвырнуло метра на полтора. Он снова зачем-то понесся обратно, подхватил с земли пару патронов, сменил направление и вдруг сел на землю.