Читаем Святые окопы полностью

С одной стороны, отход спецназа с передовой позиции можно было уже рассматривать как первый успех. Противник выбит с оборонительной позиции, как такому не радоваться. С другой стороны, аль-Мурари рассчитывал и тела спецназовцев оставить на этой же позиции, что значительно ослабило бы их дальнейшую оборону. При малом общем количестве бойцов каждый человек у эмира спецназа должен быть на счету. Но если отход защитников уже произошел, значит, необходимо делать то, что пришлось бы делать потом в любом случае.

Осмотр местности для выбора вариантов штурма эмир начал с двух параллельных каменных гряд, используемых спецназом в качестве бруствера. Стоило попробовать взобраться выше по этим грядам, чтобы с высокой позиции обстреливать позиции спецназовцев. Конечно, подъем был сложным, но попробовать стоило. Если удастся, это сразу даст отряду значительное преимущество. Всем туда забираться совершенно ни к чему, хватит по четыре человека с каждой стороны. И эмир сразу отобрал четверых ловких парней, которые могли справиться с задачей. Один из них даже работал когда-то цирковым акробатом где-то в Германии. Если заберется хотя бы один, он спустит веревку, за ним и все остальные окажутся на позиции. Дав приказ, эмир стал наблюдать. Эти четверо, конечно, не должны уничтожить всех защитников ущелья. Им такая задача и не ставилась. Они должны будут только поддержать огнем своих товарищей, когда те пойдут в лобовую атаку по главному входу.

Сначала старания скалолазов увенчались успехом. Они смогли подняться на несколько метров. Один вообще метра на четыре, второй смог взобраться только на три. И вдруг, прямо на глазах своего эмира, оба неожиданно раскинули руки и рухнули со скал на камни. Один упал в проход, и подойти к нему возможности не было, потому что проход наверняка простреливался. Но второго осмотрели и нашли пулевое отверстие в груди. Спецназовцы стреляли из автоматов с глушителем, потому и не было слышно выстрелов. Но такая тихая смерть вселяла в моджахедов нехорошие настроения, Аслан аль-Мурари это видел по их глазам. Те, кто «накурился», в общем-то, почти никак на первую неудачу не реагировали. А те, кто «травкой» не баловался, посматривали по сторонам тоскливо, и это было нехорошим признаком.

– На любой войне атака начинается с артподготовки! – важно изрек Хамид аль-Таки, проводя курс обучения эмира. – У нас есть и гранатометы, есть и миномет. Зря, что ли, тащили его. Забросаем их минами…

– Обеспечь… – просто приказал эмир, хотя и не сумел сдержать усмешку.

И Хамид поспешил обеспечить. Сам аль-Мурари отошел подальше, чтобы видеть результат. Но он заранее предполагал, каким этот результат будет. Так и оказалось. Гранаты больше били в стены ущелья или улетали куда-то туда, где находился «схрон». А в нем было полтонны пластита. Если бы граната или, что еще хуже, мина попала туда и пробила крышку, пластит мог бы сдетонировать, и тогда окрестности ждало бы небольшое землетрясение.

– Хамид, я вижу, ты хочешь нам устроить дождь из долларов! Благое дело, но уверяю тебя, что больше половины банкнот осядет на недоступных скалах.

– Ты о чем, эмир? – Хамид аль-Таки не понял, в чем его обвиняют.

– Твои гранаты летят туда, где находится «схрон». Если взорвется пластит, все доллары улетят в небо. И горы, возможно, обрушатся на спецназовцев. Только нам это будет безразлично, потому что у нас не будет ни денег, ни взрывчатки, и нам останется только уйти с потерями восвояси. Этого ты добиваешься?

Сказано это было громко и при всех. Моджахеды неодобрительно загудели.

– Не умеешь, не берись, – сказал кто-то помощнику эмира.

– Пусть делает тот, кто умеет, – огрызнулся Хамид.

– Если начал, то делай, но делай так, чтобы толк был, и не навреди, – резко приказал эмир, ставя на место своего помощника, который пытался уже сильно вознестись.