Читаем Святославичи полностью

Ода сразу догадалась, что приезд Всеволода с женой и детьми не случаен и больше смахивает на смотрины. Не зря же старшим сыновьям Святослава были созданы все условия для более тесного общения с Янкой и Марией. Ода заметила также, что Всеволод настроен против браков между двоюродными братьями и сестрами, но не смеет противиться воле своей горячо любимой жены, которая вознамерилась соединить брачными узами красавца Романа и свою дочь Марию. Янке прочили в женихи Глеба или Олега на выбор.

Светло и радостно стало в княжьем тереме от девичьих улыбок, громкого смеха, ярких нарядов. За хлопотами Ода совсем позабыла про Брагу и не пришла к нему на судно в назначенный день.

На Оду вдруг обрушилась непонятная безмятежность, она просыпалась в прекрасном настроении и засыпала с ним.

После торжественного молебна, ознаменовавшего начало Великого поста, на чувствительную Оду словно снизошла божественная благодать, она будто заново родилась. Все дни напролет Ода проводила с Анастасией, черпая в общении с нею отдохновение от серого однообразия зимних дней. Жена Всеволода была не глупа, в меру кокетлива, не злоречива и не злопамятна. Ее красота и чуткость располагали к ней всех. Из любого затруднения Анастасия могла найти выход, устраивающий всех.

В скором времени выяснилось, что златокудрый Роман приглянулся Марии и она сказала об этом матери. Однако на шестнадцатилетнего Романа не произвела должного впечатления одиннадцатилетняя застенчивая девочка с голубыми глазами, прямым греческим носом и русой косой. Красота младшей дочери Анастасии еще не распустилась в полной мере, и те задатки прекрасной внешности и сложения, коими наградила Марию природа, были замечены лишь Одой и Святославом, но никак не Романом.

- Дурень еще Ромка, - выразился о сыне Святослав, - но ничего, время пока терпит.

Огорчило Оду и то, что Янке больше понравился Глеб, а не Олег.

Для своих четырнадцати лет Янка была необычайно серьезна и, судя по отдельным высказываниям, умом пошла в мать. Помимо этого девушка унаследовала от матери-гречанки стройность телосложения, оливковый цвет кожи и красиво очерченные губы. В остальном она пошла в отца-русича. У нее были темно-синие глаза с поволокой, пышные золотисто-русые волосы, расчесывать которые доставляло Вышеславе огромное удовольствие. Когда Янка расплетала свою толстую косу, то могла закрыться волосами до самых икр как плащом.

Янка очень льнула к Оде и все выспрашивала у нее про Глеба. Ее желание стать его женой проявлялось в ее поведении все явственнее. Глеб своей мягкостью и уравновешенностью нравился Янке больше, нежели более замкнутый Олег, в характере которого нет-нет да и проявлялись отцовская жесткость и упрямство.

Однажды Ода, оказавшись наедине с Олегом, напрямик спросила его, нравится ли ему Янка. Что двигало ею? Ода не смогла бы ответить на этот вопрос, но ей почему-то хотелось сблизить синеглазую дочь Всеволода именно с Олегом. Ода чувствовала своим женским чутьем, что Олег, в отличие от Глеба, способен на более приземленную страсть к женщине и не будет витать в облаках возвышенных чувств. Евангельский взгляд на семейные отношения не очень-то устраивал Оду. И она, как женщина женщине, желала Янке полноценной земной любви с ее будущим мужем.

Олег искренне ответил мачехе, что Янка ему не по сердцу. При этом он столь выразительно посмотрел на Оду, что в груди молодой женщины разлился жар и приятная волна прокатилась по всему телу. Заметив перемену в лице мачехи, Олег поспешил уйти и весь оставшийся день старался не показываться Оде на глаза.

Ода была благодарна Всеволоду и Анастасии за покой, установившийся в ее душе с их приездом. Она была почти счастлива, забыв на время про свои печали и не подозревая о жестком ударе, уготованном ей судьбой.

- Ну что же, милая моя, - обратилась как-то к Оде Анастасия, когда обе женщины сидели за пяльцами, - Прощеное воскресенье мы со Всеволодом провели у вас в Чернигове, чем остались весьма довольны. Теперь ждем вас с детьми на Светлое Христово Воскресенье[78] к нам в Переяславль. Приедете?

- Я с превеликой радостью побывала бы у вас, - призналась Ода, - да только Святослав вряд ли на Пасху поедет в Переяславль. Как растают снега, он намеревался опять идти с дружиной до Тмутаракани.

- Так ведь Ростислав-то умер, - растерянно сообщила Анастасия. - Разве Святослав ничего тебе не сказывал?

Ода похолодела и глядела на Анастасию остановившимся взглядом. Услышанное не укладывалось у нее в голове. Нет, этого не может быть!

- Видно, муж твой запамятовал, - между тем продолжала Анастасия. - Катепан херсонесский побывал в гостях у Ростислава и отравил его, подмешав яд в вино. Случилось это еще в конце января. Ростислав же умер не сразу, а на восьмой день. Катепан, вернувшись в Херсонес, не таясь, стал повсюду говорить, что скоро отправится Ростислав на тот свет, чем себя и выдал. Когда Ростислав и впрямь преставился, херсонесцы испугались гнева русичей и побили того катепана камнями. Всеволоду в Переяславль весть эту принес один греческий купец.