Читаем Святослав полностью

Брат Батбая, Аспарух, ушел на Запад. В 678 году он подошел к Дунаю, где изнемогали в неравной борьбе с двумя могучими врагами — Аварским каганатом и Византией балканские славяне. Авары на завоеванных землях измывались над покоренными славянами, женщин из племени дулебов заставляли возить их в телегах, запрягая их вместо волов или лошадей. Зимовали в славянских селениях, распоряжаясь добром славян и их женщинами будто своими. Спустя сто лет, когда моравская держава князя Само переломит хребет каганату, озверевшие данники попросту вырежут авар-обров. И останется от жестоких кочевников лишь поговорка, попавшая в русские летописи: «погибоша аки обре». То есть сгинули бесследно, не оставив ни потомства, ни доброй памяти. К чести Аспаруха, он не кинулся «благоразумно» поддерживать сильных, затаптывать упавших. Он встал на сторону славянской державы «Семь Племен», заключил со славянской знатью союз — и вскоре изгнал с нижнего Дуная и авар и византийских захватчиков. Своим столичным станом он сделал славянский городок Плиска, рядом поселились его соплеменники. Впрочем, и славян болгары с места не сживали. Помнил молодой Аспарух завет отца — держаться вместе, и теперь — лучше поздно, чем никогда, не на прежней родине, так на новой — был полон решимости выполнить его, не давать больше врагам ломать стрелы Кубрата поодиночке. В 680 году Аспарух разгромил войска и флот Константина IV. А через год был заключен почетный мир с империей и возникло Болгарское государство. Византия, однако, не оставила попыток подчинить его. Девять страшных походов предприняли Царьградские императоры против Болгарии. Под этими ударами, в горниле постоянной войны с общими врагами — обрами и империей — все ближе становились болгары и славяне. Вдали от родных степей болгары волей или неволей учились новому для себя оседлому быту, сельскому и городскому, перенимая у славян навыки, ремесла, язык. Особенно крепким стало это единство при Круме, которого чаще звали князем, чем ханом.

Когда в 811 году Крум отправился в поход на аваров, император Никифор I вторгся в Болгарию, внезапным налетом взял и разорил Плиску. Отяжелевшее от добычи византийское войско поползло назад, но в горных ущельях было настигнуто стремительно вернувшимся Крумом. Ромеи были разгромлены, император Никифор I попал в плен и был казнен. Из его черепа сделали чашу и Крум пил из нее на победном пиру, чествуя своих союзников — славянских князей. В Константинополь Крум посылал послом тоже славянина — Драгомира. Крепко держал он в руке стрелы Кубратова колчана, не позволяя рассыпаться в разные стороны. Впрочем, Крум и бежавшую из столицы врага опальную знать привечал, требуя лишь одного — отказа от христианства. Христиан Крум не терпел.

Грозный князь наносил ромеям поражение за поражением, приносил жертвы Богам под стенами вражеских городов, взял Девельт, Месемврию, Адрианополь. Над Константинополем нависла угроза осады. Во Втором Риме появилась поговорка — «сделаться добычей мисян», то есть быть уничтоженным, разбитым дотла, что-то вроде нашего «как Мамай прошел». Мисянами греки звали жителей Болгарии, располагавшейся на месте древней римской провинции Мисия.

Но в 814 году Крум, нестарый и крепкий человек, внезапно умирает под стенами вражеской столицы. Для его сына Омуртага смерть отца, по видимому, не была загадкой. Крум не терпел христиан, но не преследовал их — как Святослав в Киеве. Омуртаг, едва взойдя на престол, начал на них яростные гонения. Уж не убийц ли своего отца истреблял молодой князь?

Как и отец, Омуртаг не только боролся с христианством, но и мирволил славянской знати. Славянками, видимо, были и его жены, иначе отчего среди имен его сыновей нет ни одного неславянского? Звали их Нравота Воин, Звеница и Маломир. Любопытен также новый титул Омуртага — «от Бога князь». Явно подразумевался не Христос!

Неприятие христианства Омуртаг внушил своему наследнику Маломиру. Тот даже казнил брата Нравоту зато, что тот крестился. Понимал Маломир, что нужно держаться вместе, держать в пучке все стрелы из колчана Кубрата. А как это сделать, если часть болгар почитает себя «богоизбранным народом», «новым Израилем», а остальных сородичей, в том числе собственных предков, да и его, государя Маломира, считает погаными язычниками, псами? Но наследник Маломира, Пресиян, стал к ним гораздо терпимее и даже позволил строить монастыри.

Христиане немедленно «отблагодарили» Болгарию за терпимость. При следующем князе, Борисе, на земли Болгарии вторгся наш старый знакомый, цесарь-богохульник Михаил III. Организатор «всепьянейшего собора» вовсе не был хорошим полководцем. Однако он достиг успехов, каких византийские войска давно уже не видели в Болгарии. Войско болгар было разгромлено, крепости пали, князь попал в плен.