Читаем Святой убийца полностью

Впрочем, Гурова погода не очень заботила. Разве что тем, что затрудняла дорогу до Главка. Все его мысли занял Киреев. Именно Киреев, а не предполагаемый убийца, поскольку сыщик никак не мог понять, что он был за человек. Очень часто в сыскном деле понимание характера жертвы, его страстей, пороков, потребностей, достоинств и недостатков помогало понять, кто именно мог желать ему смерти. А тут – пустота. Либо покойный заместитель мэра жил двойной, а то и тройной жизнью, либо он один раз в жизни допустил страшную ошибку, и именно она привела его на эшафот.

Еще одно правило сыска – ищи того, кому смерть жертвы была выгодна, – тоже не работало. Ну, во-первых, ради выгоды обычно убивают более гуманными методами (яд там, кинжал или веревка; пистолет, на крайний случай). А во-вторых, судя по тому, что вчера узнал Гуров, смерть Киреева никому выгоды не принесла. Разве что какое-то мимолетное удовольствие для человека, совершившего месть.

Вот только сыщик очень сильно сомневался, что это была месть. Это была казнь. Эшафот. Исполнение приговора тому, кого признали виновным. А если так, то неведомый пока Геннадий Снегирев отпадает. Судя по их отношениям с Киреевым, он мог бы отомстить за обиду… Впрочем, а кто сказал, что казнь виновного – это не месть ему?

Когда Гуров добрался до Главка, он осознал, что анализ вчерашней информации так ему ничего и не дал. Нужен был «мозговой штурм», плюс анализ материалов тех уголовных дел, которые заводили на Киреева. Вдобавок стоило найти Геннадия Снегирева и пообщаться с ним. И если первое он собирался устроить прямо сейчас в кабинете Орлова (а сыщик ничуть не сомневался, что генерал вызовет его, едва он дойдет до своего рабочего места), то второе намеревался оставить себе, а Снегирева поручить Стасу. Так Гуров решил, припарковав машину на служебной стоянке. А когда сыщик выбрался из нее, подняв воротник пальто, чтобы защититься от летящего наискосок мокрого снега, его окликнули:

– Лев Иванович! Ну, хоть в чем-то мне сегодня повезло!

Гуров повернулся на голос и увидел крепкого мужчину лет пятидесяти, радостно направившегося в его направлении. На мужчине была плотная зимняя черная куртка с накинутым на голову капюшоном, а двигался он, слегка подпрыгивая на каждом шагу, словно был на пружинах. В первую секунду сыщик не узнал его, но тут же вспомнил: Яковлев Иван Степанович – майор в отставке, некогда старший оперуполномоченный Таганского ОВД, на пенсию ушел с должности заместителя начальника отдела. Гуров не раз работал вместе с ним и как об оперативнике был о Яковлеве высокого мнения. А вот когда он перешел на должность зама, они уже почти не пересекались. Впрочем, даже это было довольно давно.

– Привет, Иван Степанович. Давно не виделись. А ты тут какими судьбами? – поинтересовался сыщик, пожимая руку бывшему оперу.

– Да вишь, какая фигня произошла, – немного смущенно ответил тот. – Мне перерасчет пенсии делали и потеряли два года стажа, которые я в Дорогомиловском отделе еще сопляком провел. Я туда за справкой пошел, а мне говорят, что по тем годам весь архив в Главк передали. Я сюда пришел, а мне говорят, что идет ревизия документации и справку дать не могут. Дескать, приди через полгодика. А у меня из-за этого стажа не хватает на полную пенсию. Теряю сразу двадцать тысяч рублей. А для меня сейчас это серьезная сумма.

– А я чем могу помочь? – удивился Гуров.

– Ну, ты же, Лев Иванович, с Орловым в хороших отношениях, – окончательно смутился Яковлев. – Попроси за меня по старой памяти о совместной работе. Мы же с тобой вроде врагами никогда не были. Пусть генерал этим архивариусам прикажет мне справочку выдать. А я в долгу не останусь. Потребуется любая помощь – с радостью помогу!

– Ну, ты даешь, Иван Степанович, – расхохотался Гуров. – Ладно, попробую порешать твою проблему, но обещать ничего не буду!

– И на том спасибо, вишь! – обрадовался Яковлев, и они расстались, еще раз пожав друг другу руки.

Гуров оказался прав. Едва он переступил порог своего кабинета, как на столе зазвонил телефон, и генерал потребовал явиться к нему в кабинет. Они со Стасом не раз интересовались: о приходе на службу каждого подчиненного Орлову докладывают или только их двоих он пасет. Однако в ответ Орлов лишь хитро фыркал. Дескать, сядете в мое кресло, сами узнаете.

– Упаси боже от этого! – истово крестился в ответ Стас.

– Петр, мне нужен Стас, – в ответ на требование явиться в кабинет генерала ответил Гуров.

– Ну, так найди его, и оба ко мне! – недовольно распорядился Орлов и повесил трубку.