Читаем Святители и власти полностью

2 февраля 1613 года партия Романовых добилась первого скромного успеха. Земское правительство направило в Польшу гонца, поручив ему добиться освобождения из плена Филарета, Василия Голицына и их товарищей. Филарет не был причастен к организации земского освободительного движения. Но он имел мужество выступить против решения семибоярщины о сдаче Смоленска и тем снискал себе популярность среди патриотов. Казаки хорошо знали Филарета по Тушинскому лагерю, где тот подвизался в роли патриарха. Популярность Филарета благоприятствовала успеху агитации за Романовых на соборе.

Три избирательные кампании Романовых закончились поражением, но каждая новая неудача понемногу приближала их к заветной цели. Москва привыкла к их именам. Шестнадцатилетние усилия принесли плоды с запозданием, когда многим казалось, что их звезда с пленением Филарета навсегда закатилась.

Прошло несколько дней после отъезда гонца в Польшу, и партия Романовых добилась нового успеха. Готовясь к решительному шагу, сторонники Михаила собрались на подворье Троице-Сергиева монастыря в Китай-городе. Начало было более чем скромным. В соборе участвовали дворяне, дети боярские, купцы, атаманы и казаки, но не было ни членов Боярской думы, ни видных земских воевод, ни иерархов церкви. Земское правительство располагало реальной властью в Москве, и высшие чины не желали портить отношения с ним. Троицкий игумен Дионисий поддерживал тесную дружбу с Трубецким в течение всей московской осады. Поэтому он, разрешив созвать собор на Троицком подворье, сам на него не явился. Организацию собора взял на себя его деятельный помощник — келарь монастыря Авраамий Палицын.

Представители дворян, казаков и городов, собравшиеся на подворье, постановили добиваться избрания Михаила и разработали наказ, обосновывавший его права на трон. Наказ не блистал ни мыслями, ни литературными красотами. Его составителям недоставало писательских навыков и фантазии. Они ограничились ссылками на то, что Михаил происходил от царского благородного племени, «понеже он хвалам достойного великого государя Ивана Васильевича законныя супруги царицы Анастасии Романовны родного племянника Федора Никитича — сын». Участники совещания решили немедленно уведомить бояр и духовенство о своем решении и наметили лиц из своей среды, которым предстояло выступить на заседании собора.

Поутру 7 февраля 1613 года собор возобновил свою работу в Кремле. Все очевидцы единодушно свидетельствовали, что почин выдвижения Романова взяли на себя выборные от казаков.

Выступления сторонников Романова поначалу не произвели впечатления на земских руководителей. Многие из них высказали сомнения, вновь указав на молодость Михаила и отсутствие его в столице. Правитель Трубецкой и бояре предлагали отложить решение вопроса до того времени, когда претендент вернется в Москву. Но соборным чинам и народу надоели бесконечные проволочки, и приверженцы Романова пытались сыграть на их нетерпении. Келарь Палицын и прочие участники совещания предложили Земскому собору вынести обсуждение за стены дворца и узнать, что думает народ о кандидатуре Михаила. Трубецкой растерялся и не смог помешать сторонникам Романовых. Рознь в земском руководстве довершила его поражение. Боярин Василий Петрович Морозов открыто присоединился к приверженцам Михаила. Кажется, он руководствовался не столько симпатиями к Романовым, сколько враждой к давнему сопернику Трубецкому. Примеру Морозова немедленно последовали рязанский архиепископ Феодорит и архимандрит Новоспасского монастыря Иосиф, так как Романовы издавна были крупнейшими вкладчиками этого столичного монастыря.

В сопровождении келаря Авраамия и двух других духовных персон Морозов проследовал из дворца на Лобное место и обратился с речью к собравшемуся там воинству и всему народу. Свое выступление он закончил вопросом: достоин ли Михаил царства? Толпа отвечала громкими и нестройными криками. Шум толпы был воспринят очевидцами как общее одобрение.

На земское правительство народный опрос не произвел большого впечатления. Под давлением Трубецкого и прочих воевод собор постановил отложить решение о царском избрании на две недели, с тем чтобы вернуть в Москву главу думы Мстиславского с товарищами.