Читаем Свершилось полностью

Давайте, обратим внимание на то, что пути Восточной Европы и, скажем, Украины с Беларусью – разошлись уже в этой точке. В Восточной Европе прошла череда революций, и власть, которая приходила – была утверждена революционным, а не законным путем. И в Беларуси и на Украине – новая власть утверждалась через вполне законные выборы, объективный характер которых не отрицают даже оппоненты власти. А население страны – тот самый народ, ради которого все и делается – он ведь в большей своей части консервативен. И к чему привел такой вот исторический выбор. С одной стороны – удалось избежать радикализации страны, а чем она чревата – хорошо видно на примере бывшей Югославии. Приход к власти агрессивных идеалистов, наподобие Черновола, а не дай бог и откровенных террористов, подобных Анатолию Лупиносу – мог вызвать события 2014 года уже в 1992–1993 году, когда на Украине было ядерное оружие. Этого Украина избежала. С другой стороны – были жестоко обмануты ожидания наиболее радикальной и готовой к действиям части общества, прежде всего молодежи западных областей в сочетании с частью «афганцев» и интеллигенции. Они не получили того чего хотели, на какое-то время ушли в тень, задавленные как и все украинцы катастрофическими событиями в экономике – но так как их программа была не выполнена, они были готовы продолжать. И продолжили – через десять лет…

Вооруженный результатами референдума, которые превзошли даже самые смелые прогнозы его организаторов – Леонид Кравчук направился в Беловежскую Пущу. То был его звездный час, апогей – хотя сам он об этом еще не знал. Как и о том, что приглашение на охоту – обернется участием в одном из самых важных событий 20 века.

Вообще, вокруг истории распада СССР – нагромождено много лжи, и больше всего лжи – нагромождено в России. Понять можно – многим все еще очень больно. Понять – но не продолжать лгать. Кто-то должен сказать правду. И эту правду надо принять такой, какая она есть и осознать – хотя бы для того, чтобы произошедшее не повторилось.

Итак, конец 1991 года, Москва. Завершается Новоогаревский процесс, который должен закончиться подписанием нового Союзного договора. В переговорах – участвуют девять республик из пятнадцати – не участвуют Литва, Латвия, Эстония, Грузия, Украина, Молдавия. Технически – мы можем безболезненно отбросить пять из них – но не Украину. Украина – вторая по величине и по значению республика в Союзе, ее пытались оторвать от единого пространства многие – австро-венгры, поляки, Гитлер. Ее уход будет означать и экономическую и политическую катастрофу. Кроме того, Ельцин остается один вместе с белорусами – вдвоем против семи среднеазиатских республик. Назарбаев уже приглашен в Москву премьер-министром и Ельцин понимает – Горбачеву нужен противовес против него, и он видит Назарбаева этими противовесом. Ельцин вряд ли еще осознает, что проект нового Союза – обречен еще до подписания, поскольку в нем опять реализуется уродливый принцип коллективного руководства – ставший способом ухода от решений и ответственности в позднем СССР. Мы посоветовались, мы решили, облажались – крайнего не найти. Нужен был лидер, глава государства. Возможно, Ельцин думал, что вот, сейчас подпишем, а там уж я…

Горбачев и Ельцин в какой-то момент оказываются тактическими союзниками – надо втянуть в новый Союз Украину, без нее – затея теряет всякий смысл. Но Кравчук – хитрый, как сто лисов, он в Москву не едет, понимая, что назад может и не вернуться. Надо «ловить» его где-то в республиках. И наживкой – должна быть встреча не с Горбачевым, а с Ельциным. Горбачев после августа отыгранная карта, а вот Ельцин – может перекрыть Украине кислород очень быстро и эффективно. Да и сам Кравчук – наверное хочет поговорить о будущем.

Но есть один нюанс. Ельцин вряд ли поедет в Киев – и не столько потому, что это будет для него унизительно, сколько из опасения, как бы Горбачев, в его отсутствие не перехватил рычаги управления. Вспомните – Горбачев на тот момент еще верховный главнокомандующий. В свою очередь Кравчук не поедет в Москву – это для него унизительно, любое решение, принятое в Москве поднимет на дыбы нац-демов и… страшно. Но встретиться все равно надо. Но где. И вот – Ельцин приезжает в Белоруссию, обсудить вопросы поставок энергоносителей, да и сотрудничества вообще, а Шушкевич, подгадав момент, звонит Кравчуку, охотнику не из последних и приглашает его на охоту в Беловежскую пущу. Упомянув, что там будет и Ельцин.

Кравчук прилетает.

Дальше – я цитирую профессора С. Плохия по его книге «Последняя империя. Падение Советского Союза / Сергей Плохий; пер. с англ. С. Гирика, С. Лунина и А. Сагана.»: АСТ: CORPUS; Москва; 2016 ISBN 978‑5‑17‑092454‑7. Книга кстати отличная, советую всем…

Перейти на страницу:

Все книги серии Человек и то, что он сделал…

Похожие книги

Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика