Читаем Свершилось полностью

Концессионная финансовая помощь Советскому Союзу маловероятна, кроме возможно помощи из Германии, потому что есть много стран с низким доходом во всем мире, у которых есть запросы такой помощи. Конечно же, концессионная помощь зависит от политических факторов в каждой стране-доноре.

Возможно, что Советский Союз мог бы получить стабилизационный кредит в поддержку реформ. Эта ссуда могла бы быть выдана Международным валютным фондом, если бы Советский Союз был его участником, или центральными банками или правительствами главных индустриальных стран. Это – резервный план.

Про международную финансовую помощь все сказано и пересказано, смысла нет повторяться. План Маршала для СССР не удалось согласовать по многим причинам. Но это первая известная мне программа, в которой упоминается о благотворности организационной, технической и маркетинговой помощи для СССР в виде создания совместных предприятий и сотрудничества с более развитыми рыночными экономиками. Все остальные это упустили.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Чтобы преуспеть в движении по пути реформ, эти меры должны быть объяснены парламенту, СМИ, и гражданам. Успешное движение по пути реформ потребует устойчивой, искренней, и последовательной приверженности взятым на себя обязательствам советскими лидерами и достижения соглашения с лидерами республик.

Мы признаем, что изменения будут болезненными и спорными. Они влекут крупные социальные издержки. Кроме того, невозможно обеспечить стопроцентные гарантии, того что эти меры вылечат болезни национальной экономики. Но мы можем сказать с уверенностью— история показывает снова и снова, что рыночные реформы в экономике – лучший рецепт для реанимирования застойной экономики и на повышение уровня жизни до уровня Западной Европы и Соединенных Штатов.

Ну что тут скажешь. Тогда – еще не было такого огромного опыта в сфере переходных экономик, транзита политических систем к демократии. Сейчас он есть, можно делать какие-то выводы. По этому пути мы и прошли, просто не упорядоченно – а хаотично и с большими социальными издержками, чем то-то мог предположить. В чем авторы программы сильно ошибались? На мой взгляд, в двух вещах.

1. Крайне недооценили криминальную и коррупционную составляющую. Вместо того чтобы говорить о встраивании теневой экономики, которая была в официальную, выходе ее из тени, издержках этого – предпочли сделать вид что ее нет. И дорого за это поплатились. Теневая экономика принесла в уже реформированные экономики бывших стран советского блока сильную криминальную составляющую. Этим же была обусловлена и значительная часть издержек транзита. Как метко было сказано – русская демократия захлебнулась в крови братковских войн.

2. Очень сильно недооценили сепаратистские тенденции в республиках и стремление «на выход» даже в ущерб экономическим отношениям и просто здравому смыслу. Тут сплелось многое – и политический популизм, и стремление убогой национальной интеллигенции стать наконец то первыми парнями на деревне, и стремление первых секретарей обкомов стать президентами и красиво воровать, и в целом – ужасающая обстановка многолетнего дефицита с разборками между народами кто и кого объел, напоминающими партсобрания на торговой базе на предмет того кто будет покрывать выявленную недостачу. Но факт тот, что политический развал СССР – привели к экономическому эгоизму и невозможности создания даже экономического союза, что сильно ударило по экономикам всех новосозданных национальных государств.

Но в целом – программа саммита в Шопроне – была лучше программы 500 дней и после доработки до советских реалий – могла быть принята к действию. Проблема оказалась та же самая, что и в случае с программой 500 дней – Горбачев боялся действовать.