– Вот это да! – воскликнула она наконец. – Вы оба изменились, а я-то думала, что наша жизнь богата событиями.

Она хлопнула в ладоши.

– Еда и напитки для наших почетных гостей.

Когда слуги прибежали с тем и другим, Кара сказала:

– Вы заглянули к нам неожиданно и застали нас такими, какими мы действительно живем в эти дни: едим кашу и пьем разбавленный эль. Завтра мы устроим вам настоящий пир. Клянусь Карм, будет неплохо повеселиться или хотя бы сделать вид. А пока ты будешь ужинать сегодняшней скудной пищей, я приготовлю для тебя место.

Она понизила голос до интимного тона.

– Итак, Йим, тебе нужны две кровати... или одна?

– Две, – ответила Йим еще более тихим голосом, – в разных комнатах.

Кара, казалось, была разочарована ответом Йим, но быстро оживилась.

– Ну, тогда мы можем болтать всю ночь!

Йим подозревала, что Кара не преувеличивает.

<p>20</p>

Кара не преувеличивала скромность трапезы. Основным блюдом была каша, смешанная с кусками баранины и нарезанными кубиками кореньями. Еще были жареные белые косточки и буханки коричневого хлеба – и то и другое в количестве, которое скорее вносило разнообразие, чем наполняло трапезу. Эль был сильно разбавлен, и обедающие были трезвы как по сути, так и по поведению. Но Йим догадывалась, что не качество еды и напитков было причиной сдержанной атмосферы за столом. Настроение напомнило ей о трапезе в гостинице «Мост» в тот вечер, когда Кронин сообщил своим офицерам, что они возвращаются домой, чтобы защитить его от вторжения.

Пока она ела, Йим оглядывала зал. Он был довольно большим, но простым по конструкции и оформлению. Стены были обшиты деревом, ставшим темно-коричневым от дыма и возраста. Огромный каменный камин занимал центр одной из стен, но перед его почерневшими камнями не горел огонь. Освещение давали факелы, похожие на огромные камыши. Они были расставлены по стенам в бра и на столе в железных держателях. Высокую крышу поддерживали массивные деревянные фермы, украшенные длинными гирляндами цветов. Очевидно, это были реликвии, оставшиеся с прежних времен, они были засохшими и коричневыми.

Вечер не располагал к светским беседам, и Йим не стала их вести.

– Почему это место окружено людьми, живущими под открытым небом?

– Брат собрал всех, кто будет сражаться с лордом Бахлом, – ответила Кара. – Многие не захотели покидать свои семьи из-за междоусобиц, поэтому они привели их сюда. Остальные – люди, бежавшие от беды. Мы обеспечиваем их всем, чем можем.

– Значит, вражда уже началась? – спросила Йим.

– Вражда и даже хуже, – ответил Кронин. – В основном на западе. Там кланы ссорятся, как петухи, и при этом не обращают внимания на наступающего волка. Это безумие!

– Это не удивительно, – сказала Йим. – Мы прибыли с востока, где черные жрецы тоже не дают покоя.

– Йим встретилась с одним из них и...

– Хонус! – предостерегающе сказала Йим.

Хонус тут же склонил голову.

– Прошу прощения, Кармаматус.

Кронин посмотрел на Хонуса, не в силах скрыть удивление на лице. Йим поймала этот взгляд и сказала:

– Я расскажу тебе наедине о том, что узнала.

– Здесь нет необходимости в секретности, – сказал Кронин. – Кара – мать клана, а Родрик – управляющий клана.

Он жестом указал на мужчину средних лет, который уступил свое место справа от Кары.

– Остальные здесь – люди, которые сражались рядом со мной на протяжении многих зим. Любой мой совет – это совет для всех нас.

– Я узнала, что лорд Бахл не является твоим истинным врагом, – сказала Йим.

Выражение лица Кронина стало недоверчивым.

– Тогда кто же?

– Хозяин Бахла. Пожиратель.

– Бог? Мой враг – бог?

– Да.

– И как я могу сражаться с богом?

– Ты не можешь.

Кронин посмотрел на Йим свирепым взглядом.

– Я не претендую на святость. Я могу использовать только тот разум, который у меня есть. Так что, возможно, то, что ты говоришь, правда, и я не могу победить своего врага.

Он хлопнул кубком с элем по столу, разбрызгивая пиво во все стороны.

– Но, клянусь Карм, я попытаюсь!

Затем он поднялся из-за стола и направился к двери.

Кара тоже поднялась.

– Кронин! – крикнула она таким властным тоном, какого Йим от нее еще не слышал. – Не оскорбляй нашего гостя!

Кронин вскинул руки в жесте, который мог означать покорность, ярость, извинение или вызов, Йим не знала, что именно. Что бы он ни означал, Кронин не обернулся, выходя из комнаты.

Кара села, сердито глядя на него.

– Я прошу прощения за плохое поведение брата.

– Он высказал свое мнение, – ответила Йим. – В наше время это не так уж и плохо.

Она повернулась к Хонусу.

– Когда поешь, иди к нему. Поговори с ним так, как сочтешь нужным. Ему нужна твоя дружба.

Хонус склонил голову и быстро доел кашу. После этого он поднялся, чтобы выполнить поручение Йим.

* * *

Зал клана был переполнен людьми, и многие заметили проход Кронина. Они направили Хонуса к стене, ограждавшей зал. За ее зубчатой вершиной тянулся деревянный помост. Хонус взобрался на нее и обнаружил Кронина, который вышагивал по ней, разглядывая в темноте костры. Он обернулся на звук шагов Хонуса.

– Я ждал, что она пошлет тебя сюда.

– Похоже, ты недоволен, – ответил Хонус.