Читаем Свеча прокурора полностью

Та затрясла головой в знак категорического отрицания и тихо заплакала, промакивая глаза носовым платком.

— Мы приехали быстро, — сказал Рекс Брендон. — Случилось так, что я был на ногах — меня затребовали в восточный район города. Так что звонил тебе в полной боевой готовности. И сразу же отправился сюда. Помнишь вчерашнего мужчину на дороге? Так вот в домике я обнаружил его труп. Такое впечатление, будто он прятался за тумбочкой, поджидая кого-то. В правой руке он сжимал револьвер и записку, отпечатанную на машинке. Надо думать, чтоб прикрепить ее к телу того, кого собирался убить. Нелепый текст и…

— Отчего умер этот человек? — перебил его Селби.

— Газовая печь, — ответил Брендон. — Помещение закрытое, а он запустил печь на полную катушку, чтоб не замерзнуть, ожидаючи. Печка-то — плохонькая жестянка, к тому же не отрегулирована. Когда мы открыли дверь, там было прямо как в газовой камере. Мы проветрили комнату, но в остальном ничего не меняли: оставили до коронера. Я ему позвонил, он явится с минуты на минуту.

— Пойдем глянем, — предложил Селби. — Вам, девушки, можно доверять, не исчезнете?

— Как? — полюбопытствовала Монетт Ламберт.

Селби рассмеялся:

— Ладно, полагаюсь на вашу честность.

— Эти девицы знают о случившемся гораздо больше, чем говорят, — подал голос Отто Ларкин. — Лично я полагаю, что парни и близко не подходили к своему домику. Домик этот только для ширмы. Пока девицы звонили в полицию, парни дали тягу.

— Что ж, — сказал Селби невозмутимо, — это ваша гипотеза. А у моего учреждения другой подход: нельзя портить репутацию молодой женщины, если ее вина не доказана. Давайте, Ларкин, осмотрим лучше место происшествия.

Тот сдержался с трудом.

— Все в норме, Селби, никаких обид. Просто мы по-разному смотрим на вещи. И все-таки мой опыт, а я им не обделен… он заставляет меня быть скептиком. Мне не нравится манера этих девиц давать показания. Не нравится ситуация… Уверяю вас, парни ушли отсюда максимум час назад, чтоб состряпать алиби. Когда вы их задержите, они будут клясться, что играли в карты — или еще что-нибудь в том же роде — начиная с полуночи. Скорее всего, вы их с липовым алиби обнаружите в «Пальмовой хижине».

— Благодарю за совет, — откликнулся Селби невозмутимо.

— Что ж, — заключил Ларкин, — происшествие случилось за чертой города, так что я поехал. Успеха вам, друзья! — Он открыл дверь, поднял воротник плаща и нырнул в дождь.

— Ну как, девушки, останетесь здесь? — спросил Селби.

— Да.

— Пойдем, Рекс, — позвал Селби и решительно ступил на мокрый гравий. Под шквалами холодного проливного дождя они направились к соседнему домику. Брендон вынул из кармана ключ и сунул его в замочную скважину.

— Ключ от домика? — удивился Селби.

— Отмычка.

— А как же владелец мотеля? Он может…

— Джимми Грейс? Его нет на месте, — ответил Брендон. — Все домики сданы, вот он и отправился в Лос-Анджелес или еще куда-нибудь. Словом, контора пуста. Ладно, Дуг. Что произошло, то произошло. Мы уже здесь. Я ни к чему не прикасался. Это дело коронера. Ну, разве что подвинул шкафчик, чтоб добраться до покойника. А когда понял, что передо мной и на самом деле покойник, больше ни до чего не дотрагивался. Хотя да, выключил газ и распахнул окна.

Домик ничем не отличался от того, что они покинули. Две двуспальные кровати, шкафчик. Одна дверь ведет в ванную, другая — в кухоньку, там — стальная раковина, трехконфорочная газовая плита и полки, заляпанные до крайности.

Мужчина, видимо, стоял за шкафом не пригибаясь, его и так было бы не видно. Впрочем, тело его застыло в сидячей позе. Правая рука покоилась на голубой стали револьвера 38-го калибра. В левой — зажата длинная булавка… В стороне, футах в двух, валялся листок бумаги.

— Бумагу я не стал трогать, — сказал Брендон. — Пусть коронер увидит все как было. Текст и так можно прочесть.

На стандартном листе белой бумаги было тщательно выведено печатными буквами: