– И не надейся Сан Саныч, – улыбнулась Вася, – его не вытащить, оно врождённое!

– И что? Прям вот ночью пойдёшь?

– Естественно! Ночью ещё лучше!

– Ладно, видел я там на краю бухты одно местечко, где наверное можно безопасно причалить и не угробить лодку. Но ты смотри, Машка не самый лучший рулевой, поаккуратней, помоги ей.

– Ей нужно будет только обратно лодку пригнать, туда-то я сама. От берега оттолкну, вы ей посветите огонёчком, не промахнётся. Плёвое дело.

– Да говорю же – ладно! Что ты продолжаешь меня уговаривать?

– По привычке, обычно ты так быстро не соглашаешься.

– Пойдём, чего мы здесь раскричались! Сюз, ты поспи, отдохни, вымоталась, наверное?

– Да, честно говоря глаза слипаются. Не знаю, от таблеток или от усталости, но поспать было бы хорошо.

Гадёныш всё это время скромно сидел на стульчике возле стенки.

– А можно я с Васей пойду? Очень к своим хочется!

– Дружочек, потерпи ещё пару деньков. Мы тебя, больше чем нужно, не задержим, – ласково сказал Сан Саныч, – но ты еле выжил, твоё здоровье было сильно подорвано и лучше курс реабилитации всё же закончить. К тому, же там сейчас ситуация, судя по всему, не простая. Если мы тебя в самое пекло отправим, твои же друзья нам вряд ли спасибо скажут. Ты тут не пленник, но выписывать тебя из больницы пока рано.

– Да я всё понимаю…

– Нужно будет тебя на ночлег куда-нибудь в другое место определить, здесь сегодня занято. Надо Машку попросить, она у нас главная по хозяйственной части. Ну, пойдёмте, пускай девочки отдыхают.

Все ушли. Сюзанна осталась одна. Точнее с Кристиной, которая сейчас была в регенераторе. Воцарилась тишина, если не считать гудения медицинской чудо машины. Там внутри периодически что-то двигалось, жужжало, шипело, булькало. Она работала. Крис была вне опасности.

Сюз вдруг начала бить мелкая дрожь. На неё накатило ощущение неминуемой гибели, которой им сегодня чудом удалось избежать. Раньше об этом задумываться было некогда, нужно было действовать. Но теперь мозг как бы навёрстывал упущенное и выливал всё, что инстинкт самосохранения должен был сказать раньше, но она его не слушала. А теперь это обрушилось на неё одним мощным потоком.

Она поняла что плачет. То ли от счастья, что осталась жива, то ли от ужаса, который им пришлось пережить. А может это просто нервная система решила таким образом перезагрузиться. Она не стала разбираться, а просто отключилась. Прямо так, с мокрым от слёз лицом.

На сегодня хватит!

Глава 32

Вася, как и обещала, практически всё сделала сама. Машке оставалось только пригнать лодку обратно на Левиафан. Оттолкнув её от бетонного куска плиты, плавно уходящего в воду, она стояла и слушала, как удаляется негромкое урчание мотора и исчезает в темноте силуэт лодки.

Вдалеке маячил огонёк. Это Гадёныш светил фонариком для ориентира. Парнишка упорно не сознавался, как его зовут. И хотя, обращаясь к нему, все использовали какие-то нейтральные слова, типа дружок или приятель – Василиса поймала себя на том, что про себя всё чаще называет его Гадёнышем.

И не потому что он такой, вовсе нет – наоборот, парнишка был просто отличный. Просто это как то само начинало всплывать и привязываться. И это не носило никакой негативной коннотации.

Она начала понимать, как они в племени пользовались такими ругательными именами. Всё равно человек воспринимается индивидуально, в зависимости от своих личных качеств. И постепенно к имени привыкаешь и воспринимаешь не прежний смысл слова, а ассоциируешь его с конкретным человеком. Но вслух называть его Гадёнышем у неё всё равно язык не поворачивался.

Она стояла и ждала, пока всё закончится. Было практически ничего не видно и она скорее угадывала по теням и случайным отблескам что происходит: вот лодка причалила к Левиафану, вот огонёк погас, вот створки задвинулись, и подводная лодка начала погружение.

Теперь можно было идти. Василиса глубоко вдохнула влажный морской воздух. Она почувствовала себя свободной, впервые за долгое время. Слишком много времени в замкнутом пространстве, слишком много.

Да, она выходила наружу, даже сегодня, но всё время были срочные дела, нужно было торопиться, решать проблемы. А сейчас она была одна и совершенно свободна.

Конечно, ей нужно было найти своих, всё рассказать, помочь, чем сможет. Но она решила, что будет делать это спокойно. Просто будет идти куда нужно. Не бежать, а именно идти, дышать воздухом и думать.

Она просунула вторую руку в лямку рюкзака, слегка подпрыгнула, чтобы он лёг на спину поровнее и в нём всё утрамбовалось. Взяла лазерную винтовку в руки на всякий случай, ведь придётся идти через поле битвы, вдруг там кто уцелел и, легко перепрыгивая с камня на камень, стала пробираться на берег.