Читаем Сувениры Тьмы полностью

В следующий миг он распахнул глаза и заорал как резаный. Впрочем, резаным в этой жизни приходится далеко не так тяжко, как парням, которым откусывают член...

Последним, что увидел в своей жизни Влад, были стремительно приближающиеся окровавленные зубы Наташи. Вполне нормальные человеческие зубы - не как у невест графа Дракулы из многочисленных кинолент.

Единственным желанием Владислава Дыбенко было - чтобы все закончилось поскорее.

Кушнир пришел в себя и увидел, что стоит перед открытым холодильником, держа в руке кружку с пивом. Перед глазами маячил отблеск наркотического видения - какой-то дряхлый старик протягивал к Евгению руки и что-то шептал слюнявым беззубым ртом.

- Блядь, - пробормотал Евгений, закрывая холодильник. - Ну и тему Влад надыбал.

Не сходя с места, Кушнир начал пить пиво. Когда кружка опустела, он стал вертеть ее в руках и внимательно рассматривать - будто впервые в жизни видел пивную кружку.

- Ты не Бог, - сказал вдруг Евгений кружке и с размаху грохнул ее об холодильник. Брызнули в разные стороны осколки. В руке Кушнира осталась только вычурная ручка.

- Ты не Бог, - сказал Евгений ручке и швырнул ее в мусорное ведро.

Взгляд Кушнира переместился на радиоприемник. Евгений залез на стул и протянул к прибору обе руки.

- Ты не Бог! - сорвав радио со стены, Кушнир швырнул его на пол. Следом спрыгнул сам и принялся топтать приемник ногами. Остановился, лишь когда тот превратился в бесформенную кучку болтиков, шестеренок и пластмассовых осколков. Кушнир заметил на столе большой фарфоровый чайник.

- Ты не Бог, - чайник полетел в стену. Остатки старой заварки жирными черными соплями поползли по обоям вниз. Кушнир подошел к двери и заглянул в гостиную.

На кожаном диване, раскинув руки, спал Сергей Власов. Из его рта стекала струйка слюны.

Кушнир прошел в спальню. На кровати, постанывая, ворочался Влад. На полу, расстелив какие-то тряпки, лежал в отключке Славик.

Внимание Евгения привлек висевший над кроватью портрет матери Власова. Кушнир с ненавистью посмотрел в глаза нарисованной женщине.

- Ты не Бог, - прошипел он, погрозил портрету кулаком и пошел на кухню. - Не Бог. Не Бог.

Евгений вернулся в спальню, сжимая в руке длинный и острый нож. Взобравшись на кровать, он переступил через спящего Влада и в упор уставился на портрет.

- Ты не Бог, - еще раз сказал Кушнир и начал полосовать картину ножом. Уничтожив холст, он снял со стены раму и разломал ее на мелкие кусочки, которые бросил на пол. Воткнул нож в стену и соскочил с кровати, едва не наступив на скорчившегося внизу Плахова. Бросил беглый взгляд на лицо друга и вышел в гостиную.

Остановившись подле телевизора, Евгений взял в руки пульт.

- Ты не Бог, - произнес Кушнир через мгновение и разломил пульт надвое. Прошел в угол комнаты, наклонился и поднял шестнадцатикилограммовую гантель. Развернулся и снова подошел к стойке с аппаратурой.

- Ты не Бог, - промолвил он, обрушивая гантель на серый корпус DVD-плеера. - И ты не Бог! - паутина трещин покрыла экран телевизора, - И ты не Бог! - музыкальный центр полетел вниз, увлекая за собой колонки. Пинком ноги Кушнир отбросил его в сторону. Но центр не разбился даже после этого. "Сука", - прошипел Женя, взял гантель обеими руками, шагнул к центру и несколькими мощными ударами превратил его в прах. Выпустил из рук свое орудие, выпрямился и отдышался.

Под потолком, назойливо жужжа, кружила муха. "Ты не Бог!", - сказал, ухмыльнувшись, Кушнир. Подпрыгнул, поймал насекомое ртом, раздавил зубами и выплюнул.

Власов на диване всхрапнул и подложил правую руку под голову.

- Витар! Вестри! Бросьте веревку! - пробормотал во сне Сергей. Евгений вздрогнул и уставился на него.

- Ты не Бог, - сказал Кушнир, наклоняясь, чтобы поднять гантель. - Я знаю, что ты - не Бог!

Подойдя к дивану, Евгений размахнулся и с силой опустил гантель на лицо друга. Раздался хруст. Власов дернулся и сразу затих. Женя убрал руку и посмотрел на то, что осталось от Серегиной головы. С дисков гантели на пол стекала кровь вперемешку с мозгом.

Отбросив гантель, Кушнир пошел в спальню. Несмотря на погром, который он устроил в холле, Влад и Славик дрыхли без задних ног.

Опустившись на колени рядом с Плаховым, Женя сдавил его горло и принялся душить спящего друга. Тот замычал что-то, засучил ногами и руками, как будто пытался плыть.

- Ты не Бог! - заорал Кушнир, усиливая давление. Славик обмяк. Женя разжал пальцы и поднялся с колен.

Посмотрел на Влада и увидел, что у того оттопыривается ширинка. Женя залез на кровать и вытащил из стены нож, которым резал картину. Присел на корточки рядом с Владом. Размахнулся и вонзил нож в пах Дыбенко.

Влад закричал. Женя выдернул лезвие из его искалеченной промежности и одним движением рассек беззащитное горло. Дыбенко захрипел, содрогаясь в предсмертных конвульсиях.

- Ты не Бог. Ты не Бог. Ты не Бог, - быстро шептал Кушнир, завороженно глядя, как льется кровь из ужасной раны на шее Влада.

Через несколько минут Кушнир слез с кровати и вышел на середину комнаты.